Эликсир для гения

Это один из психологов-аналитиков, он только что проводил беседу с нашим заключенным… думаю, скоро подаст в отставку… хорошо бы, его задержали у десятого контрольного пункта.

Коридор оказался прегражден очередной массивной дверью. Начальник охраны осторожно коснулся ее подушечками зеленых пальцев, и дверь плавно ушла вверх. За ней обнаружился короткий коридор, упирающийся… Флипперз за спиной Хелли издал какой-то странный звук. Ну да, перед ними была еще одна дверь, на сей раз – с двумя небольшими экранами.

Хелли и раньше сталкивалась с подобным – только в обилианском госпитале, где ей частенько доводилось бывать. Экран повыше должен был отражать имя больного, пониже – диагноз. В этом случае речь шла об имени преступника и списке преступлений – наверное, потому что сейчас оба экрана были пусты. Начальник смущенно кашлянул и сделал вид, что ничего не заметил. Лестер гневно ткнул в один из экранов пальцев.

– Какого, я спрашиваю? Хотите, чтобы камеру перепутали с одним из уровней защиты? Почему здесь нет имени заключенного?

Он осекся, потому что в этот момент экран ожил и на нем высветилась надпись «Сайлес Стил».

Не успел Лестер принести извинения начальнику охраны, как надпись на экране дрогнула и поменялась на «Профессор Трайнне», затем на «Доктор Дэнрак» – и вслед за этим дисплей беззастенчиво выдал список из полусотни имен.

Зеленый охранник вздохнул и с тоской отвернулся. Все прочие ошеломленно смотрели на дисплей.

На нем наконец прекратилось мелькание слов и остановилась надпись «Здесь нет моего настоящего имени, но вы можете называть меня просто мистер Стил». Тут же зажегся дисплей, который должен был выдавать список преступлений заключенного. После он ехидно написал: «Злой гений?» – причем надпись была продублирована на семнадцати основных галактических языках, включая английский.

Затем оба экрана подмигнули группе и погасли. В коридоре повисло удивленное молчание.

– Прошу прощения, комиссар, – усиленно прочищая горло, заговорил начальник охраны.

 – Но вчера он опять перепрограммировал дисплеи, и мы еще ничего не успели наладить.

Кажется, у Лестера был в роду кто-то из поселенцев Марса – в противном случае, как еще его лицо могло стать такого прекрасного и натурального кровавого оттенка.

– И… часто у вас происходит подобное? – а вот Леонард Найджел, напротив, изо всех сил сдерживал смех.

– О, мы уже привыкли.