Средство от бессмертия

Но потом мне всё-таки пришлось остановиться чтобы поведать о скорбных событиях последнего года жизни. Тамара была потрясена: цыганка застыла напротив с таким видом, как если бы она, идя знакомой с детства дорогой в российской глубинке, неожиданно упёрлась в подножие Китайской стены. Она как-то видела меня вместе с Лизой и чуть не до слёз умилилась нашим идиллическим отношениям. И теперь старая гадалка растерянно смотрела то на меня, то сквозь меня, словно ища какую-то точку опоры в окружавшем нас воздушном пространстве.

– Ладно, Тамара, – наконец сказал я ей, – что сделано, того уже не изменить. Лиза умирала у меня на руках, сильно мучалась. Что мне ещё оставалось – просто обнять её и плакать? Или бежать куда глаза глядят? Она сама меня об этом молила – не словами молила, а взглядом. Попросить она не смогла бы – не потому, что боялась смерти, а потому, что знала, как тяжко мне будет принять на себя такой грех. И поверьте, мне это решение нелегко далось – я потом буквально умом тронулся от горя, потерял память – потому и лежу здесь.

Но я сделал то, что должен был сделать. Больше скажу: если бы мне довелось это пережить ещё раз, я сделал бы то же самое.

Тамара потрясла головой, подняла руки к вискам, потом прошла несколько шагов по коридору.

– Не знаю, что и сказать тебе… Старая я стала совсем, в глазах всё плывёт и двоится… Выходит, ты свою жену дважды похоронил?

– Да, и в прямом, и в переносном смысле слова, – ответил я, имея в виду эксгумацию тела. – И давайте больше не будем об этом.

Тяжело мне такое вспоминать, рана в душе вряд ли когда-нибудь заживёт.

– Ну, пойдём тогда к твоему другу. Он меня ждёт, а за тебя твою судьбу теперь другие люди решают.

Полозов отнёсся к гаданию весьма серьёзно и не поскупился на аванс.

– На чём гадать будем? На картах, на ножах, на монетах? – спросил он Тамару. – Мне всё равно, лишь бы знать наверняка: будет мне счастье в жизни или нет?

Тамара взяла его за руку, и они оба вздрогнули, когда между ними проскочила искра.

Полозов на мгновение оторопел, но быстро вспомнил школьные уроки физики: на плечах у цыганки была накинута цветастая шерстяная шаль, на шее висели янтарные бусы, а сам он был одет в спортивный костюм из смесовой ткани, – идеальный приёмник для электростатического разряда. Мой адвокат отвернулся в сторону, едва сдержав улыбку: долгожданная мистерия за долю секунды обернулась фарсом.

При виде этой сцены я вдруг расхохотался почти до слёз.