Чудовищный секрет Авроры 3, или Дочь ректора все объяснит

Вы снова торопите события, княжна.

– Я ничего не тороплю. Я умываюсь, – сердито заверила свое бледное отражение.

Секундой позже в зеркале появилось еще одно лицо, магистерское. Хмурое, серое. И не спешившее бросаться на меня с поцелуями.

Я махнула жезлом, просушивая заклятьем мокрую копну. Голубая вспышка отразилась от магистерских глаз, и я ахнула. Вжалась в тумбу испуганно. Зажмурилась, открыла снова.

Серые. Какие и были. Тролль свидетель, я просто перепуганная дуреха.

– Простите, – я поймала его убитый взгляд и прокляла себя так крепко, как только умела.

 – Простите! Это рефлекс, я…

– Испугались. Меня, – понимающе кивнул Салливан моему отражению.

– Не вас!

– Не извиняйтесь, Карпова, у вас есть причины меня бояться.

Я развернулась, зашуршав порванной юбкой, и Салливан поморщился.

– Это платье… Надо его снять.

Вот так сразу? Мы не виделись две недели. И в последний раз он стаскивал с меня платье сам при весьма плачевных обстоятельствах.

– И сжечь, – потирая нос, бестактно добавил лондонский тролль.

 – Немедленно.

Сердито сопя, я отодвинула магистерское тело от себя подальше (а нечего так близко подходить, если запах не нравится!) и резко прошагала в душевую. Там в шкафчике всегда хранилась пара запасных комплектов формы целительниц.

Тщательно отмывшись и переодевшись в чистое, я вернулась в палату, рискуя не обнаружить там Салливана. Он ведь намеревался сбежать… Может, это и был секретный маневр?

Но магистр был на месте. Прилежно сидел на койке и натягивал на себя другую водолазку.

Черную. С логотипом одной невыносимой маг-рок-группы, что очень нравилась Арту. Мы ходили как-то летом на концерт в Эстер-Хазе, так у меня чуть барабанные перепонки не полопались.

Черная ткань пропустила сначала голову, потом крепкие жилистые руки и наконец опустилась на живот, закрыв от меня дорожку темных волосков. Я поморгала, обижаясь на ускользнувший от меня вид, и недовольно поджала губы.

– Пытаюсь понять, что мне нравится носить, – пояснил Рандор. Он выглядел потерянным.

Найденным, но потерянным. Такой вот парадокс. – Мне вообще нужно очень многое узнать о себе. Кто я, чего хочу сейчас. Вспомнить, чего я хотел раньше. И чего хотел… не я.

– Кого, – поправила мужчину, отбрасывая стыдливость.

Слишком много я Сияющей материи оставила в той постели в имении Караваевых, чтобы делать вид, что ничего не было. У меня вот с памятью очень хорошо. А за две скучные недели я восстановила мельчайшие детали той сумасшедшей ночи.