Дикая магия. Кукла для профессора

– Что? – он даже ерзать под моими ладонями перестал, намертво прилипнув к двери.

– У вас ведь остались связи на прежнем месте работы? – торопливо зашептала я, зыркая безумными глазами. – Мне нужно посетить Заповедник. Точнее, библиотеку при нем.

– Вы меня опять удивляете, юная леди…

– Пожалуйста!

Я посмотрела с мольбой, но на всякий случай выпустила коготки, чуть царапнув сквозь рубашку. Не позволю ему отказать. Мне нужно в чертов Эстер-Хаз! У меня в озере плещется волшебный младенец с серебряными плавниками, торчащими из ребер!

– Несовершеннолетние маги могут посещать закрытые территории Эстер-Хаза только в сопровождении…

– Именно для этого мне нужны вы, – я перешла на шипение.

Сквозь зубы.

Если Брендан продолжит отказываться, я начну выдирать волосы. И на себе, и на нем, за компанию.

– И крестного вы ставить в известность не планируете?

– О, уверена, он не стал бы возражать против нашей с вами прогулки, – я нервно подмигнула бравому воину. – Ну же, соглашайтесь. Вы мой должник!

– Хорошо, мисс Дэлориан.

Я сопровожу вас в Эстер-Хаз и договорюсь, чтобы нас приняли в библиотеке. Но вы пообещаете не отходить от меня ни на шаг!

– Завтра в шесть вечера у входа в Академию, – довольно кивнула я, сдвинула в сторонку «бравого воина», протиснулась в дверь и выбежала из кабинета. Пока не передумал.

Я очень рассчитывала застать Карпова внизу и продолжить прояснение пары моментов… Но Демона в Пункте Связи не оказалось.

К обеду, впрочем, он снова материализовался в гостиной дома посреди полей.

За ним подтянулись Брендан, парочка незнакомых миротворцев и зачем-то – мой крестный. Я только порадовалась, что мы вернемся к обсуждению «пары моментов», как Тамара принялась с неугомонным щебетом зазывать всех на кварагги.

Новоприбывшие были схвачены Джулией за грудки и усажены за стол. Ну да, и меня тоже отловить успели… В столовой обнаружились Осворт с Мелиссой и Джен.

Кварагги были далеко не столь отвратительны, как мне бы хотелось.

Крестный так вообще причмокивал, мурчал от удовольствия и вспоминал какую-то «заповедную юность». Предатель… Но больше всех поражала Джен, поглощавшая пирожки с невиданным доселе изяществом (едва не оттопырив пальчик) и стрелявшая глазками в и без того еле живого воина.

Словом, мой ментальный барьер трещал по швам. От концентрации перед глазами мельтешили мошки, а в ушах слышался звон.

– А ты не можешь как-то выключить эту штуку? – не выдержав, взмолилась я.