Дикая магия. Особо демоническое Рождество

«Трибьюну» совершенно не о чем будет сплетничать!

Разве что о необычной зеленоватой бледности невесты, временами жаловавшейся на тошноту, и легкой растерянности юного лорда, только сейчас осознавшего, во что он вляпался.

– Джен, – отвела я подругу в сторонку и внимательно заглянула в часто моргавшие глаза. – Уже можно не нервничать. Обеты произнесены, клятвы увековечены в ритуальной книге. Осталось перетерпеть танцы и речи, а потом сразу летим лепить снеговиков. Все хорошо.

– Нет. Все плохо, – проворчала подруга, хватая с подноса стакан с холодным апельсиновым соком и залпом его выпивая.

– Хорошо, – пригрозила пальцем, косясь в сторону Пита. Зажатый в крепких объятиях миссис Абрамс, он выглядел окончательно смущенным.

Джулия удрученно охала, глядя на парня, изрядно отощавшего после ранения. Вместо щекастого круглолицего «недотепы» со смешными медными вихрами на макушке Джен достался статный юноша с напряженным, серьезным взглядом серых глаз. Худощавый, широкоплечий, с длинными темно-рыжими волосами, повязанными в хвост.

Признаться, эта модифицированная версия лорда Кавендиша и мне, и Дженни нравилась больше. Но Джулия собиралась взять все в свои заботливые руки и «откормить беднягу» до первозданного состояния.

– Ты не понимаешь, Ани. Мне… – Джен указала пальцем на свою грудь. – Мне до сих пор плохо. Вот уже третьи сутки. Меня тошнит от всех этих людей… и от их улыбок неискренних… и от их парфюмов новомодных…

Она сглотнула и поморщилась.

– А эта твоя тошнота точно от волнения? – хитро подмигнула девушке.

– От чего же еще?! – фыркнула с долей неуверенности Джен.

– Ну… Ты ведь хотела подарить Питу семью и все такое, – напомнила ехидно.

Да нет… Слишком уж нереальная ситуация. Джен и дети? Дети и Джен? Как ни укладывай, а это не укладывалось в голове. Ни вдоль, ни поперек. Моя подруга-ворчунья казалась катастрофически неготовой к материнству.

Хотя, если вдуматься… а кто из нас был готов? Я? Присс? Мисс Пруэтт вообще первую неделю делала вид, что икринка, бултыхающаяся в озере, не имеет к ней решительно никакого отношения. Потом, впрочем, прикипела и стала гордо таскать лоснящееся «яйцо» с собой повсюду.

– Ты издеваешься? – недовольно закряхтела подруга, закатила глаза и присела на лавку под раскидистой пальмой. – Разумеется, это просто волнение.