Дикая магия. Особо демоническое Рождество

Мать Кивана и Пита, если я верно знала, погибла при странных обстоятельствах. Поговаривали, она последние годы была не в себе. Следствие подозревало их отца, но доказательств не нашлось.

Лукреция, первая жена Лукаса, утонула стараниями собственного мужа. Джорджина попала в подчинение к Блэру, прикрепившемуся к ее роду. И теперь проходила курс ментальной реабилитации в клинике Эстер-Хаза.

Что до Кивана… Счастье, что в свое время Присс умудрилась победить волевую матушку и избавилась от участи жены «сдобного пирожка» с наклонностями маньяка!

Не баловала Судьба дев, вошедших в род Кавендишей.

На днях я попросила у Питера их фамильное древо под каким-то невинным предлогом. И половину вечера изучала желтые, пахнущие ветхостью страницы. Имена, имена, имена…

Род Кавендишей был очень старым, но все эти годы его представители тщательно скрывали свои дары. Заклинатели стихий, материй и зеркальных троп… Интересно, достанется ли что-то из этого детям Пита и Джен?

Древо было настолько ветвистым, что приходилось всматриваться в шрифт, пытаясь разобрать крошечные бисерины букв.

Где-то оно было исчеркано человеческой рукой, где-то плыло и размазывалось, словно книгу не раз окунали в воду. К некоторым личностям, для которых не нашлось отдельных страниц, имелись краткие биографические приписки.

***

«Лаэрия. Скончалась в двадцать два года. Причина смерти неизвестна».

***

«Сесиль. Потеряла рассудок в возрасте девятнадцати лет. Погибла в родах, подарив свой дар сыну».

***

«Мирабель. Соединилась с женихом ритуалом «Плоть от плоти», спасая того от смерти. Скончалась через два года после церемонии, разделив с супругом магический урон».

***

Многие умудрялись потерять рассудок, едва достигали магического совершеннолетия. Если так посмотреть, Лукреция еще долго протянула… Какой-то проклятый род, не иначе!

Но пугать Джен накануне свадьбы я не рискнула. Видела, сколько любви изливается из зеленых глаз.

Питер прочно заселился в ее сердце. И он был совсем не похож на своих гадких родственников.

Может, к новой леди Кавендиш Судьба окажется милостива?

***

На вешалке меня ждало темно-синее платье свободного кроя, усыпанное по подолу крошечными серебристыми снежинками. Когда юбка колыхалась, они мерцали и издавали тонкий мелодичный звон. Тетушка Аманда превзошла себя.

Узнав, что в скором времени станет двоюродной бабушкой, она пришла в восторг.