Дикая магия. Проклятье «Черного тюльпана» – 2

Он отошел к серванту, достал оттуда зеленый стеклянный сосуд, нацедил в стакан бордовой жидкости и протянул мне.

– Вот, выпейте немного. Поможет крепче заснуть.

– Что за снадобье? – спросила я, согревая руками стекло.

Жидкость пахла ароматно – цветами и фруктами. Я сделала глоток.

– Вредное успокоительное зелье… – с ехидной ухмылкой сказал Карпов, и со вздохом добавил: – Не вздумайте никому рассказывать, а то мне светит трибунал.

– А то он вам без "зелья" не светит…

Постояв с минуту в нерешительности, Демон наполнил второй стакан и, пригубив, уселся на край кровати.

– Ну и что все это может значить? – напряженно и озабоченно спросил он. – Есть мысли?

– Не похоже на злую шутку. Если кто-то хотел меня запугать, то не слишком ли хлопотно?

Представила себе жуткую картину, словно наяву, и очень порадовалась, что убралась из той спальни.

– Это не шутка, мисс Дэлориан, а что-то очень серьезное.

– Вы догадываетесь, что…

– Умеете читать по глазам?

– По вашим – да.

Я отхлебнула напиток, краем сознания отмечая, насколько все происходящее неправильно. Но всем видом демонстрируя, что готова внимательно слушать.

– Напоминает старинный темный ритуал «Жертва на дикой крови», – нехотя признался мужчина. – Его не практикуют уже лет сто. Инструкций в учебниках не найти. Но Академию на ночь защищают мощными заклятьями, и вторжение Эйвери сразу бы заметил, стало быть, это…

– …сделал кто-то из своих, – завершила я неприятную мысль.

– Таким образом помечали избранную жертву, – Карпов поморщился. – Давали ей время приготовиться, очиститься и завершить свои дела, прежде чем…

– Договаривайте уже…

К горлу подкатила тошнота, так как все варианты ответов меня решительно не устраивали.

– …пустить ей кровь.

Токсичным облаком над нами повисла тишина. С нескрываемым волнением профессор заглядывал мне в глаза, готовый ко всему – к истерике, крикам, обмороку… Но явно не к последовавшей реакции.

– Хорошо, что они хотя бы предупредили, – я сглотнула едкий комок слез и запила его "вредным успокоительным зельем".

Тут же почувствовала себя вымотанной и сонной. По телу расползался хмель, и мысль о мягкой постели была единственно значимой. Вернув профессору стакан, я с блаженным стоном откинулась на подушку.

Мысли мягко укутал запах чистоты и летних трав, согретых солнцем.