Дикая магия. Проклятье «Черного тюльпана» – 2

Тревожные змеи расползались по мышцам, отдавая холодом в позвоночник. Было что-то странное в его походке. И в голосе. И в глазах…

Я опустила босые ноги на дощатый пол. Пошла к выходу. И у самой двери наступила на что-то влажное и теплое. На лестницу я выскочила как раз вовремя, чтобы увидеть, как на противоположном конце медленно, завалившись назад, падает тело. Поскальзываясь на кровавом следе, я бросилась вниз.

Какой тяжелый! Толку от моей попытки схватить мужчину за плечи и смягчить удар не было никакого.

Столько крови, вся лестница…

Судьба сделала очередной злодейский финт.

Только я всерьез решила заняться лекарским делом, как мне на руки упал едва живой пациент.

Где-то должна быть серьезная рана, но попробуй так сразу найди. В полутьме, в неверном лунном свете, да еще на черной рубашке…

– Очнитесь немедленно! – истерично приказала я, и добавила жалобно, погладив по небритой щеке: – И помогите мне, пожалуйста…

В носу неприятно покалывало от сдерживаемых слез, в горле стоял ком, мешавший говорить.

Подол белой сорочки успел измазаться кровью, спутавшиеся волосы нависали над бледным демоническим лицом…

Так вот, как это бывает. У меня на руках умирал человек. Тот самый человек.

Карпов слегка приоткрыл глаза, одарив очередной порцией недоумения, к которому тут же добавилось сожаление.

– Ты снова мне снишься, пигалица? Бессовестная… Слишком красивая, чтобы быть настоящей, – слова давались ему с трудом. – Значит, дела совсем плохи.

– Покажите, куда вы ранены. Не понимаю… Откуда все это?

Он сдвинул брови и бросил на меня новый, куда более внимательный взгляд.

Да настоящая я, настоящая! Затем медленно сжал мою ладонь в своей, притянул к животу и запустил под рубашку между пуговиц, к левому боку. Теплая кровь пульсировала и грела пальцы, упершиеся во что-то твердое, костяное…

– Лавасилиск… нижний клык… надо вытащить, – прохрипел Карпов с таким видом, будто предпочел бы умереть, а не подвергать себя подобной экзекуции. И я почти готова была ему это позволить.

Вот теперь самое время для паники. Лавасилисками именовали хищных ящериц-исполинов, бродивших в окрестностях Румынских дебрей (что Карпов вообще там забыл?). Их черная чешуя напоминала камни вулканической породы. Будучи в паршивом настроении, эти существа могли раскалять покров до красноты и метать огонь прямо из шкур. Казалось, что они извергают лаву. Но самым опасным оружием были клыки – серповидные, со множеством мелких зазубрин, сантиметров по десять каждый.