К черту! или Любовь контрактом не предусмотрена

Вполне человекоподобным. И все-таки, есть ли хвост?

– Олеся! – Дрейк устало закатил глаза.

Согласна. В последние сутки я сама не своя. Как рыбка Дори, у которой проблемы с краткосрочной памятью. Крайне эмоционально неустойчивая рыбка. Перепрыгиваю с одной мысли на другую, то смеюсь, то плачу, то вообще черта щупаю.

Машинально ведь. Руки сами потянулись. Это все его мышцы, их довольно приятно ощущать под пальцами… В конце концов, я же не поясницу его изучала на предмет хвоста!

– Олеся…

– Простите, – виновато выдохнула я.

 – Мне самой от своих мыслей плохо, верите? Так вы умеете перемещаться? В смысле – вжик! – и вы там. Вжик! – и вы здесь?

– «Вжик», – хмыкнул мужчина, пробуя на вкус словечко. – Да, я могу переместиться. И я не черт.

– Но? – я проигнорировала вторую ремарку. Как же не черт, когда черт самый настоящий? То, что рожек нет, еще не показатель!

– Но не буду. Несколько телепортаций вытянут половину моего восстановившегося резерва.

– Пфф…

Я ничего не поняла, но прозвучало, как не слишком убедительная отмазка.

– В Верхнем мире наши способности сильно ограничены, – снисходительно пояснил Дрейк и отошел к раковине. – На нас действуют другие законы. Во всяком случае, в том виде, в котором…

Он примолк. Плеснул из крана воды в стакан, выпил залпом. Что ж, несколько выводов за сегодня. Черти спят. Черти пьют. И, может быть, даже едят. Интересно, чем они питаются?

– Половина резерва – это ведь не весь… – упиралась я, пытаясь переспорить демона Ада.

Ну, точно, берега попутала.

Будь на мне кроссовки и джинсы, я бы так сильно не сопротивлялась. Это всего лишь химчистки. Но бегать на каблуках по всей Москве…

– Резерв восстанавливается очень долго. Я не могу так рисковать. У меня есть враги, Олеся. Если они почувствуют слабость, набросятся, как стая акул.

А заманчивая, кстати, мысль. Представив Дрейка на секунду героем фильма «Челюсти», я мечтательно заулыбалась.

– О, поверь, со мной ты в большей безопасности, чем была бы с ними! – надменно рассмеялся черт, словно поймал меня на глупости.

Он вышел в ванную и вернулся с каким-то серо-белым свертком. – Вот, еще эту отдай.

Дрейк бросил на кухонный стол смятый вчерашний слим-фит. Сейчас, при свете дня и не будучи уже такой взволнованной, я разглядела на рубашке и пятна грязи, и кровь.

У чертей красная? Еще один факт в копилочку «Адской Энциклопедии».

– Она не моя.

Не его. Значит, Джада.