К черту! или Любовь контрактом не предусмотрена

Вычеркнули из жизни. Потом меня засосало в учебу, словно в морскую воронку. Я едва успевала выбраться на поверхность и сделать вдох, как начинались новые тесты, стажировки, зачеты, практики…

И вот ее голос. Прорезал мое бытие. Сиплый, почти не знакомый. И спрашивает, в порядке ли я. Удивляюсь, как еще трубку не выронила вместе с пакетами.

– Я… да. В порядке, мам.

Врать родителям нехорошо, но не говорить же ей, что я вынужденно устроилась уборщицей к демону Ада? Ее психика и так хрупка.

– Точно?! – нервное с той стороны, будто из другого мира.

 – У меня живот крутит.

Кому-то разговор показался бы странным, но я знала, что мать так опознает дурные предчувствия. По болезненно ноющему животу. Может, и осталась между нами какая-то связь.

– Все прекрасно. И с учебой, и вообще, – затараторила я.

Где-то в глубине души копошилось низменное чувство: хотелось ее шокировать правдой. Чтобы испугалась за меня, бросила все и приехала утешать. Чтобы позволила уткнуться себе подмышку, как когда-то в детстве, и позорно расплакаться.

Чтобы переволновалась и побежала пить какие-нибудь несильные успокоительные. Но я мысленно дала себе по обеим щекам. Не нужно наваливать на нее еще и свои проблемы.

– А… ты, может, познакомилась с кем-то? – неловко спросила мама, и я начала краснеть.

Про влюбленность в Юру я ей рассказывала на втором курсе, но хранить глупое чувство в себе все эти годы… Попахивает мазохизмом.

– Мне некогда. Я тут еще и подработку себе нашла.

Буквально вчера, – я поморщила лоб и потерла бровь, которая уже не болела, но воспоминания навевала.

– Плохо, Леся. Тебе нужен мужчина. Такой, как муж Валентины, – строго наказала мама, и меня замутило. – Сильный, надежный… Который может обеспечить твою безопасность.

Кулак. Дрейк. Косяк… Бровь.

Нет, такой, как Джад, мне точно не нужен.

– Со временем, конечно… – промямлила я согласно.

– Нет, сейчас. Найди мужчину. Обязательно найди, Леся. Чтобы был всегда рядом хотя бы в этот месяц.

Тебе нужна защита. Я женщина слабая, я не смогу помочь, я… – мать истерично всхлипнула и снова бросила трубку. Прямо как год назад.

Да что это, черт подери, было-то?!

Позади меня раздалось знакомое «Дзыннь». Приближающиеся шаги, приглушаемые ковролином, намекнули: черт вернулся. А его чистые рубашки валяются на полу. А вот это – ой.

Он нес в руках небольшой кейс, при взгляде на который мне почему-то стало дурно.