Дикая магия. Проклятье «Черного тюльпана»

– Это, действительно, кошмарно, – хрипло рассмеялся куратор, обмахиваясь крупной ладонью. – У вас богатая фантазия. Но знаете, как говорят, «не поминай черта»…

Весело покрякивая, Осворт пошел в своей кабинет, а я еще пару минут стояла, облокотившись о перила.

Поминать Черта, и правда, не следует, а то моя покровительница Судьба придумает очередную шутку. Столкнуться с Демоном под Рождество… Что может быть хуже? Надеюсь Санта, Дед Мороз, Пэр Ноэль, Николас и все святые, вместе взятые, уберегут меня от ужасной участи.

***

– Что за спешка?

Даже самые простые вопросы у Джен получались отменно ворчливыми. А этот она в довесок сопроводила осуждающим взглядом на мои щеки, за которыми секунду назад спряталась половина бутерброда с ветчиной.

– В поселение… Пойду… Хочу отправить письмо… Пока не собралась толпа… – чуть не подавившись, объяснила я. – Может, со мной?

– Не получится, я на выходные еду к тете.

– А куратор отпустил?

Не знала, что из Академии можно сбегать, когда вздумается.

– Он в курсе. У меня особые условия пребывания.

Какие тут все особенные! С Макферсоном индивидуально занимаются, Джен позволяют домой шастать, когда угодно… И только у крестницы ректора Кроу ноль преимуществ.

***

В фойе было пусто – студенты спокойно поглощали завтрак и, в отличие от меня, никуда не торопились. Запутавшись в завязках осеннего плащика, я не заметила, как ко мне подошел этот парень. Дорохов, кажется? Он глядел куда-то вдаль, будто мог рассмотреть сквозь витражное окно пасмурный пейзаж.

Прозрачные глаза, подернутые дымкой, казались чужими, нечеловеческими даже.

– У тебя все в порядке? – не выдержала я тишины, и первая разрезала голосом сгустившийся воздух.

– Теперь уже ни у кого ничто не в порядке, – вздохнул Дорохов и склонил голову на бок. – Два солнца встретились. Момент упущен, пигалица. Твоя судьба решена.

– Слушай, эти твои загадки меня пугают. Прямо вот очень.

– Под рождественской звездой соединятся два солнца, – скупо бросил подозрительный тип, будто читал лекцию, а не пророчество.

 – Одно медное, второе золотое. И каждое увеличит силу другого во сто крат. Союз двух этих солнц знаменует приход великой тьмы. Настанут мрачные, дремучие времена, ибо сиянию света наступит конец.

Он помолчал немного, а затем добавил:

– И под той же звездой на супружескую постель прольется твоя кровь. Против воли, отобранная силой…

– Что ты сказал?! – прохрипела я, хотя все прекрасно расслышала.