Властелин моих кошмаров, или Невеста на обмен

Я даже начала подозревать, что он несвободен, и потому ее так лихорадит от каждой встречи и последующего расставания.

Я верила в любовь. В спокойную, разумную, исполненную достоинства, доверия и взаимного уважения. Такую, как была у моих родителей. Но никогда не понимала этих сумасшедших страстей, ночей, напитанных выплаканными слезами, истерик, ревности, бурных сцен…

Вся эта история с хирургом была изначально нездорова, она отравляла Алиссе жизнь. Но та почему-то не спешила прекращать отношения, чем вводила меня в ступор.

В прошлый раз они так крепко повздорили, что Лисс не смогла выйти на ночное дежурство и мне пришлось ее подменить. Рисковое мероприятие, но она так просила… и я не смогла отказать.

Роковая случайность. Именно той ночью в Тарлинской Лечебнице я познакомилась с Адамом Кольтом.

Работа у младшей помощницы целителя была непыльной – размещать пациентов, разносить снадобья и сонные капли, мерить температуру заряженными артефактами, вызывать лекарей в тяжелых случаях. Днем Лисс иногда допускали ассистировать в простейших операциях, но ночные дежурства, как правило, проходили спокойно.

Как правило.

Чаще всего поступали пациенты с магическим истощением, пережившие сильный откат или соприкоснувшиеся с порождением тьмы. Лисс подсказала универсальный способ: развести щепотку порошка керрактского золота в воде и плеснуть туда немножко настойки эшерских дварфов. Помогает в девяти случаях из десяти, и никакой целительской магии не нужно.

И вот, когда я уже расслабилась, почувствовав себя важной и нужной, поступил он – Адам Кольт.

С сильнейшим истощением после глупого магического эксперимента и… стойкой аллергией на керрактское золото. Вот Варх бы побрал Алиссу с ее нездоровой, несвоевременной любовью!

Пришлось врать, что мой резерв уже истощен, и буквально на себе тащить парня на этаж главной целительницы. А потом сопровождать юношу в кителе Либтоунской академии обратно в палату и…

Вот тут-то это и произошло. В операционной, которую мы миновали, главный хирург Тарлина вершил очередное чудо.

Выброс энергии был таким мощным, что у меня поплыло в глазах. Дыхание оборвалось, ноги подкосились…

Очнулась я в палате. Надо мной нависали улыбка и два серых глаза в обрамлении темных взлохмаченных волос. Парень взволнованно хлопотал надо мной, будто это не он, а я была пациентом.

– Совсем вы бесстрашная, мисс… Лонгвуд, – косясь на карточку Алиссы, прицепленную к форме, бормотал выпускник престижной Либтоунской Академии.