Шут. Книга II

Мое сердце словно проткнули раскаленной иглой…

Она не видела больше смысла скрывать это, но и выразить словами все происходившее в душе было невозможно. Может быть, именно поэтому Элея вдруг сказала то, чего говорить не собиралась и не должна была:

– Отец… Патрик ведь наделен даром. Он маг… Истинный маг. Не ведун, не лекарь из Красной Башни или Рудеса… Он маг от рождения, отмеченный богами, – и зажмурилась, испугавшись того, что произнесла. Ваэлья строго-настрого запретила открывать тайну шута кому-либо.

Хотя теперь-то… какая уже разница?

– М-да… – Давиан глубоко вздохнул, качнув головой.

Он отошел к камину и достал свою трубку. Не разжигая, закусил короткий темный мундштук и какое-то время молча терзал его в зубах, а потом воскликнул с досадой:

– Ах пекло! Ну как же так?! Я должен был догадаться. Должен был! Эти волосы, эти чудачества на грани безумия.

Элея с удивлением отметила, как много королю, оказывается, известно. Даже про цвет волос.

– Тогда, зимой… Патрик… он не просто так вернулся в Закатный Край, – Элея решила, что теперь уже терять нечего и можно рассказать все без утайки.

 – Он хотел снять проклятие с Руальда. И он это сделал, отец! Все говорят: «Руальд прозрел, Руальд опомнился!». Никто только не знает – отчего…

Она не смотрела на отца, охваченная своими чувствами.

– Наверное, ты слышал, что маги – настоящие маги, не такие, как наш Тирой – всегда должны свою силу удерживать, ограничивать. Иначе их может «унести». И Пат… Это не колдовство, папа, не злые чары, не проклятье.

Ваэлья сказала, что кто-то просто толкнул его в магический поток, слишком сильный для него. Она, как и все, винит в этом колдунью Руальда… Но я чувствую иначе! Не ее тут рук дело… кого-то другого. – Элея не лгала. Как ни больно ей было это осознавать, но она необъяснимым женским чутьем знала, что коварная степнячка не могла причинить зла шуту. – И если кроме Нар в нашем мире остались такие сильные маги… значит, можно найти одного из них! Того, кто сумеет вернуть Патрика.

– И ты ничего не сказала о своих ощущениях наставнице? – Давиан посмотрел на нее так, словно Элея была неразумной девочкой.

– Не сказала… Она мудра и больше меня знает.

– Она-то мудра, а ты?! – едва скрывая волнение, король принялся мерить спальню широкими шагами. – Вот что значит владеть обрывками информации! Мне давно следовало заняться этим вплотную. Я-то, дурак, наивно полагал, будто моя дочь справится сама.