Шут. Книга III

Он словно наяву почувствовал объятия ведуньи, он слышал треск огня в ее камине, видел каждую деталь знакомого интерьера – от серебряного кубка на столе до узоров на досках пола. – Я так тебя ждала… так ждала! Ну отчего же ты не приходил?»

Шуту стало стыдно. Он как-то и в голову не брал, что можно просто так взять и встретиться за пределами обычной реальности. Что это бывает так легко. И не нужно долго ломиться в закрытые двери чужого разума.

«Простите… – ответил еле слышно – не то произнес вслух, не то просто подумал.

«Хватит, – прервала его Ваэлья. – Выкладывай, что случилось! И… как Элея, Пат?»

Шут не удержал улыбки.

«Она… в порядке. У нас будет сын…»

«Сын?!» – Ваэлья накрыла губы ладонью и коротко зажмурилась, но слезы все равно скользнули из-под ресниц. Наставница не стала их утирать, она глядела на Шута, не скрывая счастья в глазах.

«Ну, может быть, и дочь, – Шут пожал плечами. – Но к осени у Давиана точно появится еще один наследник».

«А что же случилось у тебя, милый мой? Ты звал так отчаянно!»

Шут помрачнел.

Про иглу рассказал коротко, только самое главное. И очень огорчился, поняв, что забыл взять табакерку в руки. Это наверняка помогло бы наставнице разгадать суть ловушки. Ваэлья, однако, почти сразу понимающе закивала.

«Я знаю, для чего это, Пат. Почти уверена, что знаю».

Шут схватил ведунью за ладонь, стиснул изо всех сил.

«Скажите же! Скажите, пока я еще здесь! – Он знал, как мало нужно порой, чтобы вывалиться обратно в тот мир, где осталась холодная снежная ночь и пустая комната.

«Ах, Пат, ты прав! Это и в самом деле очень дрянная магия. Старая, надежная и… такая, которой ни один порядочный человек не будет пользоваться без нужды. Как благородный рыцарь не замарает рук убийством с помощью крестьянского топора. Ты не сможешь отвести заклятье, но оно разрушится само, если сломать иглу».

«Просто сломать? – Шуту не верилось, что злая магия может быть уничтожена так легко.

«Ну конечно, мальчик мой, – Ваэлья накрыла его дрожащую от волнения руку второй своей ладонью. – Разрубить топором или согнуть, пока не переломится. Только не поранься, прошу тебя. Не то зацепишь на себя остатки чар».

Шут обрадовался. И очень захотел поскорей вернуться назад, чтобы разделаться с колдовским «подкидышем». Он так явно ощущал, как утекают драгоценные минуты.