Ангелы тоже ошибаются

Как отделится от этого моста, не выдержав вибрации от проезда тяжеловозов, огромный кусок бетонной плиты с оголённой арматурой, и со всей тяжестью своего веса рухнет на переднюю часть крыши автобуса, вскрыв её, как вскрывают тупым консервным ножом железную банку со сладкой, жёлтой кукурузой…

Что-то в теле Ниночки звонко чмокнуло, словно разорвался при падении плотно заполненный целлофановый пакет с чем-то густым и вязким.

«Наверное, так лопается селезёнка…» – поймала себя на мысли Ниночка, не озадачиваясь, откуда у неё взялось это предположение.

Стало нестерпимо больно и очень тепло…

Потом, словно издалека, она слышала истошные крики водителей других машин и пассажиров из задней части автобуса, тревожный вой «Скорых», визгливую сирену полицейской машины. Всё это длилось долго, но время сейчас как бы не имело значения. Ниночка не знала, почему не имело, ведь она торопилась вернуться домой, чтобы уже оттуда, из уюта собственной квартиры, похвастаться Сашке в телефонном сообщении, какая она молодец…

Но, почему-то, сейчас это было неважно.

Потом уехали «Скорые» и полиция, а она всё лежала, прикрытая ржавым, безобразно вскрытым листом, который когда-то назывался крышей автобуса. И только когда то, что осталось от автобуса, с помощью трактора попытались оттянуть с дороги, над ней склонились двое в чём-то чёрном, один коротышка, а другой долговязый.

– Недоглядели, – растерянно сказал один другому, а именно тот, которого про себя Ниночка назвала Долговязый.

– Однако опять втык получим… скорые уехали, и труповозка тоже… как мы её теперь проведём?

– А давай спрячем её куда-нибудь! – предложил Коротышка.

– Да куда?!

– А в параллельную, что ближе. Что тут у нас? – он заглянул в плоский прямоугольный предмет, похожий на планшет:

– Двадцать пятая и восемнадцатая… Восемнадцатая удобнее, там договориться проще…

– Ну, давай, попробуем…

Сердце Ниночки ухнуло, а затем, словно упало вниз, и наступили полные темнота и глухота…

Глава 2

Очнулась Ниночка от того, что по её лицу скользило что-то тёплое и приятное.

Попыталась открыть глаза, но тут же зажмурила их обратно. Наглый, весенний, солнечный луч, падающий из большого окна на изголовье её кровати, ослеплял и не позволял увидеть, где она находится.

– Ой, она проснулась!

Над Ниной наклонилась пухленькая девушка, вся в белом, с круглым, простодушным лицом и такими же круглыми васильковыми глазками.