Если наступит завтра

О тебе и обо мне!

Катя не поверила своим ушам.

– Разве у нас с вами может быть что-то общее?

Майор ухмыльнулся своей отвратительной ухмылкой, вызвавшей у Кати желание надавать ему пощечин и расцарапать ногтями слишком привлекательную физиономию.

–У нас с тобой общего больше, чем ты думаешь, моя дорогая Хранительница Судьбы.

Катя почувствовала, как пол уходит из-под ног. Она посмотрела на майора ничего не понимающим взглядом.

– Как вы меня назвали?

На красивом лице промелькнуло удивление, впрочем, быстро сменившееся догадкой, вскоре превратившейся в уверенность.

–Вот оно что! Ты еще не поняла, да? Не осознала своей Силы, которую дает тебе браслет? Просто невероятный потрясающий каламбур!

Пожалуй, из всего безумия, в которое она окунулась за последние сутки, слова майора выглядели самыми безумными, напоминая бред человека, лишившегося рассудка. Интересно, ее окружают одни сумасшедшие, или же она сама потеряла разум, все сильнее погружаясь в пучину всеобщего безумия? Но если майор действительно ненормальный, его стоило опасаться.

Не зная, как вести себя с подобным субъектом, Катя спросила:

–Вы, наверное, сумасшедший да? Вы хотя бы сами понимаете, о чем говорите? Или вы все здесь безумны?

Очень поздно она поняла, что совершила ошибку. Она могла продолжить расспросы, и, быть может, узнала бы что-нибудь интересное, однако майор не намеревался более вести пустых разговоров. Напротив, ее вызывающие слова послужили для мужчины неким сигналом, а опасный блеск в его глазах вскоре превратился в огонь.

Не говоря более ни слова, он прижал ее к стене, впившись в ее рот, пытаясь заставить ее подчиниться поцелую, вызывавшему у нее приступ отвращения. Его руки принялись тем временем шарить по ее телу, срывая рубашку, оставляя синяки на нежной коже.

Едва ли действуя осознанно, Катя, изловчившись, ударила его коленом прямо в пах, не забыв укусить насилующие ее губы. Если она полагала, будто ее сопротивление охладит пыл обезумевшего насильника, то она заблуждалась.

Майор выглядел устрашающе – из укушенной губы капала кровь, а глаза горели яростью, смешанной с диким необузданным желанием.

Катя попыталась было броситься на кухню – она видела там несколько ножей и вполне могла бы ими воспользоваться для самообороны. Но насильник предугадал ее намерение: налетев на нее, подобно урагану, он обрушил на нее град яростных ударов, после чего без всяких слов, повалил ее на кровать, разорвав остатки прикрывающей ее тело рубашки.