Если наступит завтра

Он корил себя за проявленный безумный порыв, хотя нисколько не сожалел о нем, ведь в объятиях этой девочки он впервые за долгие годы обрел счастье и покой. Нет, он, всегда более всего заботившийся о других, чем о себе самом, был не на шутку встревожен. Как он мог так поступить? Вел себя как настоящий варвар! А если бы она оказалась совсем невинной? И где только был его здравый смысл, если один единственный ее взгляд лишил его рассудка?

Но почему она молчит? Неужели он, сам не желая этого, все же причинил ей боль? И сможет ли он в таком случае простить или оправдать свой поступок?

Осторожно он перекатился на бок и взглянул на дремавшую рядом девушку, невольно вновь и вновь поражаясь совершенству ее черт, нежности ее кожи, и тому, какую страсть она в нем вызвала.

Чего он ждал? Быть может, он ожидал увидеть упрек в ее глазах, или смех и превосходство над тем, как быстро она поймала его в свои сети?

Но когда она, наконец, открыла глаза, он был поражен в самое сердце, потрясенный силой любви в ее взгляде, любви, бесконечной, как само время, и все вопросы, сомнения и тревоги исчезли из его мыслей.

Открывшиеся в них чувства казались сильнее, чем все, что полковник испытывал прежде. Создавалось невероятное ощущение, будто когда-то в другом мире, в другой реальности, они любили друг друга, но коварная судьба разлучила их, снова соединив в этом мире, подарив им еще один шанс. Полковник Муравьев сделался добровольным пленником пленительных бирюзовых глаз, взгляд которых красноречиво отражал все чувства, ощущаемые в это мгновение молодой женщиной.

Катя улыбнулась возлюбленному, даже не представляя, каким сиянием озарилось ее лицо, весь ее облик, отражая ее чувства сильнее любых слов и ненужных фраз. В ее взгляде полковник увидел откровенный призыв и страстную мольбу, и снова впился в ее губы, не в силах справиться с охватившим его желанием. Все слова, мысли, сомнения и тревоги унеслись вдаль, оставляя место лишь страстным поцелуям и ласкам, соединяющим их сердца, тела, и души.

Страсть огненными нитями сплетала их тела, а любовь, огромная и бесконечная, как само время, навеки соединила их сердца – они стали частью единого целого, и теперь не могли существовать друг без друга.

Подобные мысли приносили Кате, через несколько часов нежившейся в сильных объятиях своего возлюбленного пьянящую радость и мучительную боль. Слишком поглощенная неожиданным счастьем, она, даже после утомительных, полных наслаждения мгновений любви, не хотела спать.