Огонь и ветер

– Инжирная медовуха, – ответил Фарр, подхватывая вторую кружку и делая несколько больших глотков.

– Никогда не пробовал.

– Ну так попробуй. Не бойся, не отравишься. Хотя… Это пойло не для маленьких мальчиков, и ты не рассказывай дяде Патрику, что я тебя угощал.

– Хорошо. Я лучше расскажу ему, как другой мальчик набрался вчера до похабных песен и уснул носом в сено.

– Это была спланированная операция.

– Да? И заблеванное седло тоже?

– Ну… Даже лучшие планы иногда идут не совсем так, как задумано.

Ты попробуй, попробуй медовуху-то. Посмотрим тогда, кто сегодня вытошнит свой ужин и уснет на конюшне.

Я усмехнулся и сделал добрый глоток этой южной пьяни. Если Фарр думал, будто сумеет напоить меня до беспамятства, то он сильно ошибался. Не знаю, какое пойло нужно, чтобы свалить меня с ног… Как показывал опыт, даже гернийская брага была на это не способна. И на самом деле я ничего не боялся, просто привык с подозрением относиться к любым незнакомым жидкостям.

На языке напиток оказался еще слаще, чем можно было представить.

Но его вкус мне понравился. Пока я перекатывал медовуху во рту, к столу подскочила шустрая девчонка с доской, полной еды.

– Скучаете, красавчики? – Она так задорно качнула бедрами, что даже я это разглядел.

Фарр ловко ухватил здоровенную доску и водрузил ее между нами. На девку он даже не взглянул. Я ощутил это тем странным чутьем, которое связало нас друг с другом.

– Ужинать подано, ваша слепость. Тут хлеб, мясо, какое-то варево и миска овощей.

Мясо, наверное, ты не захочешь…

– Давай сюда, хитрый хорек! – Я дернул доску к себе, и ароматное рагу едва не выплеснулось из мисок. Фарр рассмеялся, шустрая девица тоже тихо прыснула в кулак. Она все еще стояла возле нашего стола, словно ждала чего-то. Я обернулся к ней и спросил: – Тебе тоже кусок оставить? Или на сеновал сводить?

Разносчица фыркнула и, судя по всему, изобразила что-то выразительное на лице, но я этого, разумеется, не разглядел. Зато Фарр увидел и расхохотался еще громче.

– Зря стараешься, – сказал он девке. – Этот все равно не оценит. Ему демоны глаза оттоптали, а потом еще по сердцу прошлись.

Разносчица поправила волосы и промурлыкала кокетливо:

– Ну… на сеновале-то глаза не шибко нужны. И сердце там хорошо лечится.

Вот трепло! Я не выдержал и мысленно шарахнул Фарра миской по голове. Этот удар наследничек точно почувствовал. Не думаю, что ему было больно, но неприятно наверняка.

– Не злись, малыш.