Коды женской красоты: от сказки до наших дней

Серьезное желание сделать татуировку во многом зависит от окружения: в частности, треть маленьких респондентов говорят о том, что у их родителей «тоже есть татуировки», поэтому «они не будут возражать, если я и себе сделаю». При этом немногие могут сознательно рассуждать, что татуировка – это серьезный и тщательный выбор картинки и что процесс нанесения и заживления, скорее всего, будет достаточно болезненным. Пирсинг – явление больше протестное и одобряемое кругом друзей, в который попадает подросток. Девочки-подростки, настоящие Марфушеньки, делают пирсинг на лице: на брови, в щеке, на губе, в носу и во рту – на верхней уздечке и языке.

Это те части тела, которые родители видят постоянно. Да, это бесит! Это мощный болевой протест, который, хотя и не произнесен родителям внятно, но более чем очевиден как сигнал, что нужно серьезно разбираться с комфортом общения и пониманием друг друга, возможно, с привлечением специалиста.

Единицы в настоящее время не пробовали временное тату, практически все воспринимают нанесение картинки на кожу как игру и проецируют ее и в сознательном возрасте.

Компромиссный вариант, на который идут многие родители, – множественные проколы ушей (за исключением туннелей).

В любом случае как с пирсингом, так и с тату важен диалог мамы и дочки: прежде всего о том, что это серьезные манипуляции, потенциально опасные для здоровья. Я призываю всех мам максимально и с пониманием отнестись к желанию дочек самовыразиться такими способами и постараться сделать все возможное, чтобы реализация была безопасной и под должным медицинским контролем.

Случается так, что из образа Марфушеньки девушки не выходят и по истечении подросткового возраста, и таких женщин мы можем наблюдать среди нас в зрелом возрасте. Они были воспитаны на других книжках и игрушках, но тем не менее самовыражаются столь же оригинально и ярко, порой не уступая подросткам: причудливые стрижки, цветные волосы; креативная, необычная одежда; полосатые колготки, как у Алисы в Стране чудес, и серебряные башмачки, как у Элли; зеленые очки из Изумрудного города; синие волосы, как у Мальвины.

Такие женщины обычно весьма самобытны, имеют свое собственное понимание красоты, стараются максимально ярко и необычно заявить о себе миру.

Взрослые Марфушеньки – явление все же достаточно редкое, но яркое, поэтому в кругу коллег и друзей их образ идентифицируется сразу и однозначно: они не такие, как все. Они другие – чудные, чудачки, чудаковатые.