Светоносцы: Мерцающая башня

Собрав волю в кулак, Ник еле удержался, чтобы не уйти с головой в чувства, и хрипло спросил, желая отвлечься от невольных тягостных размышлений о трудностях предстоящего пути:

– Скрибиус, расскажи, как мы познакомились двести лет назад и что потом стало с Магнусом Горнвальдом? Это последнее, что я хотел бы знать.

Хозяин библиотеки встал во весь свой громадный рост и медленно начал прохаживаться вдоль стеллажей, пригласив взглядом Ника сделать то же самое. Мальчик подошёл к собеседнику и почувствовал, как невероятно длинная рука великана мягко опустилась на его плечо.

– На сей раз Мерцающая башня появилась недалеко от штольни, в которой располагалась тайная лаборатория Магнуса Горнвальда, – негромко начал Скрибиус. – Я спустился по крутым ступеням винтовой лестницы, получил последние наставления моих Ангелов-Хранителей и шагнул через Завесу Туманности, разделяющей миры, оказавшись вот в этом физическом теле.

Конечно же, я знал, куда идти, и направился к старой штольне, вблизи которой, куда ни бросишь взгляд, – россыпи острых скользких камней.

Я шёл по узенькой, еле приметной тропке, ведущей к штольне, как вдруг, – засмотревшись на проём в поросшей плющом её стене, – запнулся о торчащий из земли валун и больно рассадил колено. Потекла кровь, и я тщетно пытался унять её, промокая ранку шейным платком: ничего более подходящего у меня с собой не было.

Поглощённый этим неприятным занятием, я не заметил, как рядом оказался молодой человек, предложивший мне свою помощь.

Это был Магнус Горнвальд. Я назвался ему Эрлихом Пилигримом, странствующим поэтом, изучающим языки и нравы тех нардов, среди которых доводится некоторое время жить. Он несказанно обрадовался такому повороту дела, восклицая, что само провидение послало меня ему.

Я знал, что всё идёт по намеченному Магистром Люксамором плану, и не стал опережать события и донимать нового знакомца своими расспросами о роде его занятий, а также причине одинокой жизни вдали от людей, что обычно несвойственно молодости.

И однажды Горнвальд сам раскрылся передо мной.

Он показал мне рукописи с арабской вязью и попросил попробовать разобраться в столь замысловатых письменах. Я охотно согласился и тут же бегло прочёл вслух несколько страниц, чем привёл моего приятеля в неописуемое изумление. Мне нельзя было долго скрывать истинную цель своего появления на Земле: просто не было времени – и я раскрыл карты.