Светоносцы: Мерцающая башня

Отдав себе отчёт в том, что теперь без помощника ему одному уже не завершить работу, а значит, никогда и не жениться на Маргарите, Рихард Фауст впал в глубокую депрессию и, почувствовав, что дни его сочтены, написал невесте прощальное письмо.

В этом последнем послании он, вместе с признанием в вечной любви, мольбами о прощении за долготерпение и обманутые надежды своей невесты, ставил в известность Маргариту о своей скорой кончине. К письму прилагались дневники, в которых описывалась формула незавершённого эликсира вдохновения, а также указывались имена некоторых алхимиков, которые могли бы заинтересоваться продолжением исследований и дорого выкупить у единственной наследницы доктора Фауста все материалы его изысканий.

Последняя запись в дневнике гласила: «Господа, не доверяйте Магнусу Горнвальду. Он мой идейный враг и губитель всей жизни. Сегодня, видимо, последний мой день на этом свете. Приступы стали всё невыносимее».

Через два часа после того как была сделана эта запись, доктора Рихарда Фауста не стало.

Безутешная двадцативосьмилетняя Маргарита поклялась умирающему жениху выполнить все его поручения и спустя некоторое время отыскала человека, назвавшегося Освальдом Варгнером, который выкупил у неё наследие доктора Фауста.

Новый владелец формулы незавершённого эликсира вдохновения не значился в списках алхимиков, упомянутых в письме умирающего доктора. Но Маргарита Горнвальд, желая всё-таки выполнить его последнюю волю, по трагической оплошности позволила чернокнижнику, выдавшему себя за давнего почитателя профессора Фауста, прикоснуться к тайне, которая не должна была быть явлена миру через служителя тьмы.

Довольно и того, что натворил Магнус Горнвальд, ставя на себе опыты и пытаясь завершить эликсир!

– Чего же ужасного натворил Освальд Варгнер, заполучив формулу доктора Фауста? – не удержался от вопроса Ник.

– Чернокнижник приготовил снадобье, как было указано в инструкции его первосоздателя. Острая зависть овладела всем его существом. Освальд Варгнер, в отличие от Магнуса Горнвальда, завидовал успеху великих композиторов, а не писателей.

Ну и ты можешь догадаться, мой друг, что Варгнер натворил в мире звуков! Ты легко можешь себе представить, кого и на какие злодеяния могла вдохновить та музыка преисподней, которая рождалась в недрах тёмной души новоиспечённого композитора! – с горечью произнёс Скрибиус, на минуту умолк, видимо, восстанавливая в памяти канву прошлых событий, затем продолжил воспоминания вслух.