Рукопись из тайной комнаты. Криминальный исторический триллер

– Опять я в скандинавский эпос ударилась, – хмыкнула про себя Ева, обнаружив в своих мыслях причудливые сочетания типа «собачий ребёнок» и «дочь козы».

Почему-то встречи с редактором, Ларсом Эрикссоном оказывали на Еву такое странное воздействие. Эта скандинавская неторопливость вкупе с особенностями речи герра Эрикссона как-то автоматически возвращали её к третьему курсу университета, где целый семестр был посвящён скальдической поэзии. Никак не причисляя себя к фанатам скандинавского эпоса, она тем не менее ухитрялась время от времени использовать его, что называется, в личных целях, для разговора сама с собой.

Запирая машину, она по-прежнему раздумывала, к кому же из ждущих первому направить стопы свои. С одной стороны, страшно не хотелось двигать эту чёртову козу. С другой стороны, Ральф – ребёнок, которому нужно внимание. Но, как всегда и бывает, чувство ответственности вновь победило лень, и Ева отправилась к дому, где сидело взаперти большое, но глупое и расстроенное собачье дитя.

Темно-серый колобок с большими лапами вертелся на самом пороге, никак не давая войти. Большие заплаканные глаза смотрели на Еву, а хвост Ральфа жил, похоже, своей собственной жизнью, мотаясь, как заведённый, из стороны в сторону с глухим стуком.

Наконец встреча состоялась. Ева умудрилась войти, удачно приткнуть за дверь сумки, быстро и крепко обнять радостно повизгивающего и подпрыгивающего щенка, получить шершавым языком большой и мокрый поцелуй на всё лицо и успешно увернуться от обрадованного питомца, который, наконец-то дождавшись хозяйку и выразив ей всю любовь, пулей вылетел во двор, чтобы поприветствовать поднятой лапой ближайшее дерево.

– Ну раз уж я вошла, можно и переодеться, – решила Ева и пошла вглубь дома, волоча за собой привезённые сумки.

Переодевшись в домашнее, то есть такое, в котором можно безбоязненно общаться с козой, она направилась в хлев, дверь которого уже подпирала упрямая Дора.

– Дора, привет! – попыталась втереться в доверие Ева, поднимая щеколду и пытаясь толкать дверь.

Но нет, эта чёртова коза решила быть упрямой до конца. Дверь не открывалась. Толкнув её вторично, Ева решила зайти с другого конца.

– Ну и ладно, не хочешь, не надо, – сказала она и нарочно громко топая пошла прочь от хлева.