Карга

– Домашний глинтвейн! – разлил ароматный напиток из кастрюльки в керамические кружки и поставил их на маленькие плетеные подставочки. За тебя, моя русалка!

Кружки весело стукнулись глиняными боками.

– Борт о`борт! – широко улыбнулся бывший старпом.

Во время ужина он рассказывал, как ждал ее возвращения и думал о том, что же ей подарить.

– Я ведь обещал тебе перед отъездом!

Божена, оглядев кухню, к своей радости не увидела новый горшок с цветком.

Оказывается, подарок остался в прихожей – она и не заметила, что Яков, войдя в дом, припрятал его там.

После душа старпом в набедренной повязке из синего махрового полотенца вошел в спальную, где под ватным одеялом его ждала безголосая русалка. Настольная лампа в виде античной статуэтки с пергаментным абажуром отбрасывала мягкий желтоватый свет. В руках Яков держал коробку из обувного магазина.

– Принцесса, – он бережно отвернул одеяло с ног Божены. Придется ненадолго снять носочки!

Снял с нее шерстяные носки и поцеловал маленькие гладкие ступни.

– Думаю, должны подойти! – раздвинув большой и указательный пальцы своей руки, измерил стопу девушки.

Божена чуть подтянулась на локтях к спинке кровати, чтобы увидеть приготовленный Яковом сюрприз. Она сразу поняла, что это обувь. Но какая?

– Задраить иллюминаторы! – скомандовал старпом.

Удостоверившись, что она послушалась и закрыла глаза, открыл коробку и вытащил оттуда пару концертных туфелек – необычных, прозрачных, обсыпанных жемчужинами, на высоченном каблуке.

– Можно открывать глаза? – прошептала девушка, сгорая от любопытства.

Яков еще немного отодвинул одеяло и приподнял ноги в туфельках так, чтобы Божена, открыв глаза, увидела подарок во всей красе.

– Можно! – выдохнул он, возбуждаясь от представшей перед глазами картинки стройных бедер бывшей русалочки, до этого скрытых одеялом.

– А-а! – раздался вздох искреннего восхищения.

– Голос прорезался? – Яков был доволен произведенным эффектом.

– Волшебные! – Божена, как большинство женщин, обожала красивую обувь.

– Любимая, это тебе! Черевички. От самой царицы!

Туфли, действительно, напоминали черевички – может, более плавным, чем в обычных лодочках, переходом между каблуком и подошвой. Или острым носком.