Мой (чужой) жених

– Нет, спасибо, – ответила я. Мужчина повторил свое предложение еще раз. Но я еще раз отказалась, добавив голосу уверенности. Мало ли что у него было на уме.

Через полчаса подъехал нужный мне автобус, который, к сожалению, оказался забит битком, настолько, что я едва в него протиснулась. Конечно, можно было отправиться на такси, это было бы комфортнее и гораздо быстрее, но мне было неудобно тратить чужие деньги, вот я и ограничилась самым необходимым. Ничего, поеду стоя, мне не привыкать. Но не успела я об этом подумать, как молодой человек уступил мне место, и, поблагодарив парня, я села.

Он только улыбнулся, но ничего не сказал.

Оставшийся путь до нашей старенькой хрущевки я проделала пешком. Живот уже скручивало судорогой от голода, я сегодня не успела сделать даже глотка воды, не то что поесть. Но слишком хотелось поскорее очутиться дома. Что там творит Лера в моем теле? И как там мама с Ваней?

Дойдя до родной пятиэтажки, я почти вбежала в подъезд. Домофона у нас все еще не было, и не нужно было ждать кого-то из жильцов.

Быстро поднялась по лестнице на пятый. Входная дверь нашей квартиры была заперта, и я принялась в нее барабанить, в надежде, что хоть кто-то услышит. Но ответа все не следовало. Квартира была пуста.

От беспомощности я просто села на холодный пол и подперла стену. Весь день я мечтала добраться домой и оказалась перед закрытой дверью. Но самым худшим было не это: мама не отвечала на телефонные звонки.

За этим занятием меня, сидящую на полу, и застала Тамара Петровна.

Наша соседка, которая, судя по пакету в руках, собиралась в магазин. Увидев ее, я тут же вскочила на ноги и выпрямилась. Соседка когда-то работала в школе и даже год была у меня классным руководителем. Но потом сменила работу педагога на халат продавца.

– Вы не знаете, куда пропала Татьяна Сотникова? – я едва не сказала «мама». – Весь день не могу дозвониться.

– Понятное дело, не можешь, – протянула женщина. – Тут у нее горе такое случилось, не до звонков ей сейчас. Ребенок у нее умер.

Казалось, земля ушла из-под ног, а сердце пропустило удар. Только не это, все что угодно, только не это. Этого не могло произойти. Я же видела Ваню вчера утром, с ним все было хорошо, никаких следов надвигающегося приступа, даже румянец был на щеках. Он просил купить набор карандашей и, если получится, альбом, но если не получится, не страшно. Он всегда так говорил. В свои шесть лет брат отлично понимал, как нелегко семье, и редко что-то просил.