Трудный фант, или Жена за проигрыш. Часть 2

Угадала! Но как объяснить, что такой, как Ира, нет места в этом серпентарии? Что она слишком… чистая и наивная? И что он замирает от ужаса каждый раз, когда кто-то из его знакомых смотрит на неё. Потому что в этой среде давно забыли, что такое любить. Но точно знают, куда ударить. Видеть, как ломается Ирина, как гаснет её взгляд, он не хотел. И пусть в этом доме снова станет пусто, и запах сдобы выветрится навсегда, пусть ночи будут тоскливыми до воя… он не пожалеет. Потому что по-другому защитить эту улыбку невозможно.

– Верно. Не причина. Просто… я лоханулся. Ты узнала, что я женился на тебе из-за фантов, а не должна была. Так что… я проиграл. Больше не вижу смысла держать тебя на привязи. Иначе к концу года мы возненавидим друг друга. А так еще есть шанс остаться друзьями.

– Причина только в этом?

Он сумел посмотреть ей в глаза.

– Нет. Боюсь, родители уже узнали о моей выходке. Если им приспичит явиться сюда, чтобы навести порядок…

В карих глаза зародился нехороший блеск. Денис испугался, что это слезы.

– Я отказываюсь! У нас контракт на год и вариантов изменить соглашение не предусмотрено!

Денис ошарашено глазел, как она проплыла мимо него к лестнице. Как отвела рукой штору. Как качнулись бусины, мелодично звякнув.

Этот звук заставил очнуться. Он в два прыжка преодолел разделяющее их расстояние и успел прежде, чем дверь в комнату закрылась:

– Что значит – отказываюсь? Почему?

– Ногу убери, – тихо произнесла Ирина.

Денис машинально выполнил просьбу и тут же услышал щелчок: сработал замок.

– Ира! Открой! Нам надо поговорить!

Но в ответ раздался издевательский смех.

***

Развестись он хочет!

Ира металась по комнате.

Когда Денис позвонил и сообщил об этом, она чуть с ума не сошла. Возвращаться в долговую клоаку не хотелось. Нет, на чужое не претендовала никаким образом, но Денис же сам предложил фиктивный брак. Поманил надеждой. И вот так… грубо опустил с небес на землю.

Ира смутно помнила, как выскочила на улицу. Как дошла до любимой кофейни. И только немного успокоившись, позвонила Василию Степановичу.

Слез не было. Осталась лишь злость. После того, что она пережила, когда решила продаться, с ней обошлись, как с половой тряпкой! Ну уж дудки!

Василий Степанович подтвердил, что соглашение нельзя пересмотреть, если хоть одна из сторон не согласна. А маневра для отступления тот, кто составлял документ, не оставил.