Вася

Я даже фыркнула от реалистичности представившегося мне образа.

Когда я удобно устроилась на втором этаже поезда, достала книгу и сосредоточилась на виде за окном, то с удивлением обнаружила, что практически все пассажиры преспокойно достали йогурты, снеки, воду и устроили так называемый пикник на колесах. Я продолжала с упорством изучать итальянские пейзажи и даже не заметила, как сжевала все сэндвичи и сгрызла яблока. До приезда в Рим оставалось еще добрых полчаса, и я погрузилась в чтение. Незаметно для себя я задремала над книгой, и проснулась от толчка резко затормозившего поезда.

Я быстро сунула книгу в рюкзак и поспешила на автобусную остановку. Паоло нарисовал мне такой подробный план выхода с перрона вокзала, что, следуя его указаниям, я без труда отыскала нужный мне выход. Вынырнула я из подземного перехода ровно в тот миг, когда мой автобус почти отошел от остановки. Передвижения транспорта в Италии, совершенно не подчинялось расписанию, поэтому было абсолютно неизвестно через, сколько прибудет следующий автобус, чтобы отвезти меня в Ватикан.

Я с бешеной скоростью, кинулась вслед за автобусом, именно в тот миг, когда он тронулся. И в последнее мгновение совершила просто немыслимый пирует с тройным прыжком и оказалась в внутри автобуса, чего нельзя сказать о моем новом рюкзаке. Соскользнув с моего плеча, он остался лежать прямо посреди дороге, в бешеном потоке транспорта крошечный и беззащитный. И с каждым мгновением я все дальше и дальше удалялась от него.

Какой же переполох это событие вызвало среди пассажиров автобуса. Сколько веселого смеха, гомона и всплеска рук! Попади я в такую историю в России, это вызвало бы как минимум безразличие или едкие комментарии какой – ни будь злобной старушки. Злобные старушки вообще частенько встречались на моем пути, по крайней мере, в Невьянске. В итальянском автобусе же все обстояло иначе. Людям казалось настолько забавным, что я потеряла рюкзак со всем содержимым, что мне бы тоже искренне хотелось мыслить именно так.

Я с нетерпением ждала остановки, чтобы выйти и молилась лишь об одном: только бы мой рюкзак никто не прихватил или не разодрал в клочья огромными колесами. Вдруг кто-то из пассажиров весело закричал:

– Синьора! Синьора! – погруженная в свои мысли, я не сразу поняла, что обращаются ко мне.