В руках Ирбиса

Виктор опять опередил все мои жалкие попытки, резко прижав к своей груди, как уже это делал. И я снова расклеилась, пряча слезы в его рубашке.

– Ника, ты достаточно мне о себе рассказала, чтобы я понял это уже давно. – Говорил мне в макушку, гладя по спине. – Расскажешь, когда будешь готова.

Я уже давно готова к правде, к её последствиям, но теперь самое время подготовить остальных, для начала удостовериться в безопасности Киссы и ребёнка.

– Мне нужен день свободы, который ты обещал. – Высвободилась из его рук, отстранившись.

 – Без слежки, без охраны. Это моё условие. Я обещаю, что вернусь и… останусь, и… я не уверена, но постараюсь слушаться. Я не поеду к нему, не буду искать с ним встречи. Мне нужно побыть с самой собой, кое-что узнать и кое с кем поговорить. Это не ультиматум. Ты просишь доверия, но ему неоткуда взяться пока я под постоянным контролем.

Виктор хотел подойти, но я попятилась, и он моментально замер.

– Когда? – Стало сразу понятно, что просьба ему не нравится. Во взгляде смешались недоверие и подозрение.

– Завтра. – Откладывать больше нельзя.

– Ты ещё не окрепла. Синяк на пол лица.

– Я высплюсь, выпью таблетки, а синяк загримирую, надену тёмные очки. Я управлюсь за полдня. Буду в черте города. Пожалуйста, это нужно нам обоим.

– Хорошо. Завтра утром отвезу тебя куда скажешь.

– Спасибо.

Я собиралась закрыть дверь, но Виктор осторожно придержал её.

– Ника, ты ведь не обманешь?

– Доверься мне и узнаешь.

– Документы, карты, деньги, телефон.

 – Виктор перечислял всё, что напихал в мою сумочку.

Я попросила остановиться недалеко от одной из станций метро и теперь Виктор не спешил выпускать меня из машины. Был полдень. Я долго спала, а потом приводила себя в человеческий вид и ждала, когда подействуют таблетки, день свободы медленно таял.

– Зря купил такой дорогой телефон. Что-то у меня в последнее время с ними не ладится.

– Следующий будет кнопочный. – Это прозвучало как приговор.

– Ты обеспечил меня всем необходимым, и…

– Ещё нет.

Если вдруг кто-то начнёт докапываться до тебя, приставать, сразу говори, что ты под Царём. – Взгляд, который я до этого прятала, сам переместился на Виктора. – Моё имя не пустой звук, и его многие знают. – Пояснил, разблокировав дверь. – Теперь иди.

Первым местом, куда я отправилась, был мой дом, тот самый, где я провела двадцать лет жизни. Не изменился двор, не изменился дом, даже не изменился код от домофона, но всё казалось чужим.