В руках Ирбиса

Против него не пойдёт даже сам Царь, который пострадает, если вдруг решится. Мама меня предупредила, что к этому человеку можно обращаться только в самом крайнем случае и почему-то только один раз. Хотя о нём она рассказывала уже в полубреду перед самой смертью. Как только я буду уверена, что никто не пострадает, сразу поговорю с Виктором и с Кириллом.

– А я могу пойти с тобой?

– Можешь. Подожди меня у его сторожки, я только из машины кое-что возьму.

– Хорошо.

За мою жизнь мне не часто приходилось оказаться на кладбищах.

У мамы родных не было, а мать отца уехала в Израиль ещё до моего рождения, и свою бабушку я ни разу не видела. Ни у мамы, ни у отца не было могил, которые нужно навещать. Зато у нас с Киссой была. Рядом с домом под рябиной мы похоронили нашего любимого кота, которого по иронии судьбы звали Васькой. Кисса сердобольно навещала его могилу, и меня всегда с собой брала. Я надеялась, что сестра по-прежнему сердобольна, и могилу Барса тоже навестит, но я ошиблась, не увидев ни букетика, который она оставляла на могиле кота, ни каких-либо других предметов, за которые я смогла бы зацепиться. Последние данные о ней теряются в рассказе Ольги Олеговны, а это было слишком давно, уже много времени прошло.

– Вы кого-то ждёте. – Послышался скрипучий голос за моей спиной. Он показался мне странным в этом месте.

Я обернулась натолкнувшись на пожилого мужчину с ведром краски, из которого торчала кисть – смотритель кладбища.

– Да. – Ответила, не зная, как назвать Виктора.

Он мне не родственник, другом его назвать как-то недостаточно, а в раскалывающуюся голову больше ничего не приходило.

– Может у меня подождёте, – кивнул на сторожку, – а то на покойницу похожи. Я не в обиду, но уж очень бледная вы, некоторые особо впечатлительные могут и за привидение принять.

Осмотрелась кругом, Виктора в поле зрения не было, не хотелось бы, чтобы он потерял меня из виду. Вовремя вспомнила про телефон, и направившись уверенным шагом к сторожке, набрала ему короткое сообщение, где меня искать.

– Кого-то навещали? – Начал разговор смотритель, усадив меня на небольшой диван.

– Да. – И снова не знаю как ответить, как назвать Барса, кроме как человеком испоганившим мне жизнь. Мысли о нём и воспоминания пробуждают чувства такие, будто он жив.

– Меня Иван Николаевич зовут.

– Ника. Называйте меня пожалуйста на ты.

– Не нравится здесь. – Констатировал он, присев за стол напротив меня. – Не спокойно твоей душе в этом месте.