Апостолы Революции. Книга первая. Лицедеи

 – И никому не говори… Ладно?

«Ага, понял, что сболтнул лишнее!» – мысленно усмехнулся Барер, но вслух проговорил, приняв самый беззаботный вид:

– Не волнуйся, не скажу.

– Обещаешь? – с нажимом спросил Давид.

– Угу, – буркнул Барер и быстро зашагал по коридору.

Давид еле поспевал за ним.

– Это серьезно, мне нужно твое слово! – не унимался он.

– Я же сказал, что не скажу, – раздраженно бросил Барер.

– Поклянись! – потребовал живописец, схватив его за рукав сюртука и заставив остановиться.

 – А я поклянусь, что не проговорюсь о твоей заинтересованности гражданкой Плесси.

«Ого, смахивает на шантаж», – мелькнуло в голове Барера.

– При чем здесь Плесси? – его голос прозвучал резко, грубо, с вызовом.

– Ну… – замялся Давид. – Комитет общественного спасения просто так никого арестовывать бы не стал… Значит, за ней что-то есть… что-то серьезное, я имею в виду…

– И?

– Ну… – Давид с интересом разглядывал носки туфель. – Ты интересуешься подозрительной…

«Хватит! Пора кончать это лицедейство!» – приказал себе Барер.

– Ты сам не понимаешь, о чем говоришь, – сказал он тихо и твердо, чеканя каждое слово. – Ты видел ее досье, оно пусто. Это простое недоразумение, которое я исправлю сегодня же. Что до твоего праздника, то я уже забыл о нем.

Давиду этого оказалось достаточно. Он выпустил рукав Барера, который нервно сжимал все это время, и с явным облегчением произнес:

– Вот и прекрасно! Забудем!

Барер коротко кивнул и продолжил свой путь к залу заседаний Национального конвента, поздравив себя с тем, что так ловко избавился от назойливости Давида, ничего ему, в общем-то, не пообещав.

Таинственный праздник никак не выходил у него из головы, и он не оставлял намерения поделиться этой информацией с кем-то из коллег. Правда, пока не решил, с кем именно.

6 вантоза II года республики (24 февраля 1794 г.)

К полудню в Зеленой комнате стало тише. Делегации из департаментов отправились на заседание Конвента, секретари и редакторы разошлись исполнять поручения.

Карно работал в Военном бюро, Ленде – в Продовольственной комиссии. Колло и Бийо ушли обедать, так что в ближайшие два часа на них можно было не рассчитывать. Барер, как всегда, был в Конвенте. Собственно, этого затишья Сен-Жюст и ждал, чтобы, наконец-то, заняться делом, ради которого он пренебрег обязанностями председателя Конвента.