Два цвета Вселенной

Так бывало всегда – она мысленно представит себе диалог, тщательно продумает каждую реплику, а в итоге все оказывается совсем не так… Но ей ещё предстояло объясниться с Виктором, отчего на душе было неспокойно. С самого начала не надо было соглашаться участвовать во всём этом, но обратной дороги нет. Пожалуй, от Виктора всё-таки будет проще отделаться, чем от Айли. Лея поймала себя на мысли, что ей хочется продолжить общение с пришельцем. Он вызывал у неё интерес и, как минимум, был воспитан лучше, чем Вик с Андреем.

Но едва Лея набрала Виктора и услышала его грубоватый голос, как её решимость словно рукой сняло.

– Вик, я выхожу из игры, – на одном дыхании выпалила девушка.

– Что значит «выхожу из игры»? – гаркнул он.

– Не хочу утруждать себя объяснениями – Андрюша распишет тебе всё в подробностях.

– Да ты в своём уме, девочка? Другого шанса подобраться к ним так близко у нас может не быть…

– Вот и подбирайся к ним сам, а я воздержусь. Тем более, у тебя ещё есть Андрей.

– А ты, значит, теперь на их стороне?

– Я на своей собственной стороне. Почему я должна воевать против тех, о ком ничего не знаю?

– Погоди, ещё узнаешь, только уже будет поздно…

– Пусть так, зато моя совесть будет чиста.

– Какие высокие слова! Вот подохнешь вместе со своей чистой совестью – тогда узнаешь…

– Как же я узнаю, если подохну? – с издёвкой спросила Лея и пришла к выводу, что эта фраза прозвучала почти в духе посла Айли. Забавно. Правду говорят – с кем поведёшься… – И знай: я никогда не прощу тебе того, что ты натравил на них Джейсона.

Виктор отключился. Интуиция подсказывала Лее – он сейчас вне себя от ярости. Но девушка решила, что это уже её не касается.

Спустя пару часов, в уютной маленькой кофейне встретились двое мужчин. Один из них был Бойко. Второй – высокий, крупный человек с коротко остриженными волосами пшеничного оттенка. Кожу великана покрывал сильный загар, отчего на лице особенно ярко выделялись голубые глаза.

Лоб и левую скулу пересекали тонкие шрамы. Римский нос и пухлые губы выдавали натуру властную и страстную. Судя по выразительной жестикуляции, это был очень эмоциональный человек. Он имел от роду сорок три года, и звали его Виктором Севериным.

– Вик, я же тебя предупреждал о возможных последствиях… – оправдывался Андрей. – Ты знаешь, какова Лея: она никогда не изменит своим принципам. У неё свои преставления о чести и благородстве.