Страж разума

Шефу пришлось использовать весь свой дипломатический талант, однако, без помощи Алины, он, скорее всего, так и не смог бы убедить Николая. Алина попросила оставить их с мужем наедине и, понизив голос, что-то долго ему втолковывала. Сквозь матовые стекла переговорной Макс видел лишь их силуэты. Наконец Николай сдался, но, прощаясь, крепко сжал руку Макса и, глядя ему в глаза, тихо сказал:

– Ты понимаешь, чем я рискую, доверяясь вам?

– Я сделаю всё, что можно, – пообещал Макс.

– Я привык делать невозможное, – рыкнул Николай.

 – Помни об этом, когда будешь принимать за меня решения.

«Да, – думал сейчас Макс, – Малой, пожалуй, прав. Этот человек – боец, он никогда не согласится не то что на проигрыш, а даже на ничью».

Исходя из этих соображений, их стратегия была верной, и всё-таки Максу отчего-то было тревожно.

– Всё готово, – окликнул его Малой.

Шевцов занял свое кресло, привычным движением прикрепил датчики.

– Удачи, друг, – Малой похлопал его по плечу и скрылся за монитором.

Макс закрыл глаза.

***

Под ногой хрустнула ветка. Макс вздрогнул, но приказал себе дышать ровнее и принялся обшаривать взглядом темноту.

Он точно знал, что уже был в этом лесу, и сейчас вновь вдыхал знакомый аромат влажной земли и прелых листьев. Помнил, что нужно идти вперед – это очень важно, просто жизненно необходимо. Но память упорно отказывалась выдать, куда именно ему идти и зачем.

В небе показалась луна. Ее тусклый свет с трудом пробился сквозь сизую пелену облаков, и Макс наконец смог разглядеть тропу впереди.

Она вилась между деревьями, а потом снова терялась в темноте.

Он сделал несколько осторожных шагов, но шорох в кустах вновь заставил его замереть на месте. Рука привычно легла на рукоять меча, но Макс тут же отдернул её. Шорох повторился. Зверь или человек – кто бы ни прятался в кустах – несомненно учуял Макса и затаился.

Где-то громко ухнула сова, а шорох раздался совсем близко. Макс стоял не шевелясь и почти не дыша. Красными искрами полыхнули в кустах чьи-то глаза и мгновенно исчезли.

Макс услышал лёгкие, едва слышные удаляющиеся шаги. И всё стихло. Он осторожно двинулся вперёд. Земля под ногами влажно пружинила, глаза постепенно привыкли к темноте и теперь отчётливо различали тропу впереди.

Всё изменилось внезапно и неуловимо. Так же, как в прошлый раз.

Его снова обступила со всех сторон жуткая, леденящая душу тишина. Тропа исчезла, и клубящийся впереди мрак дыхнул на него холодом и липким смрадом.