Страж разума

– Готовы? – прервал их Костик. Он уже вставил в ухо крошечный наушник, чтобы слышать лаборанта в соседней комнате, и бойко защелкал по клавишам. – Погружение клиента в сон – шестьдесят восемь процентов.

– Готов, – отозвался Макс.

– Готова, – подтвердила Катя.

– Семьдесят процентов. Семьдесят два…

– Если наш визит в сон жертвы затянется, от долгого сидения может свести спину, – вдруг негромко произнес Макс. – Поэтому спинку кресла лучше опустить.

– Семьдесят пять…

Катя бросила на парня недоверчивый взгляд.

Он, что, пытается ей помочь? Или это еще один дурацкий прикол?

– Ох, Китти-Кэт, – закатил глаза Шевцов. – Тебе предстоит страховать меня на сеансе со смертником. Я должен буду доверить тебе свой зад, а ты не доверяешь мне даже такую мелочь, как спинка кресла.

– Семьдесят семь…

– Вообще-то, я должна страховать твой мозг, а не зад, – громким шепотом огрызнулась Катя. – И не зови меня Китти-Кэт!

– Семьдесят восемь…

– Ой, ну не шипи, КАтенок, – Макс, ухмыляясь, поднял руки, вроде как признавая свое поражение.

 – Я все понял.

– Шевцов! Бергер! Совсем сдурели? – рявкнул Кучер из-за стойки с аппаратурой. – Нашли время трепаться! Ну-ка, быстро погружайтесь!

– Восемьдесят один…

17

Макс понял, куда попал, еще до того, как открыл глаза: в лицо ударил порыв теплого воздуха, а ноздри наполнил специфический запах метрополитена. Он стоял на перроне незнакомой станции. Один.

И где же Бергер? Макс сделал пару шагов вперед и огляделся. Слишком тихо и пусто.

«Будто перед надвигающимся трындецом», – едва эта мысль сформировалась у Макса в голове, как на него обрушился грохот прибывающего поезда.

Он возник внезапно, без привычного постепенно нарастающего гула, заставив Макса вздрогнуть всем телом, оглушив и дезориентировав. Поэтому он пропустил момент, когда двери поезда открылись, и оттуда на перрон хлынула толпа. Люди все прибывали и прибывали. Тесня и толкая, заставили Макса влиться в поток, и этот поток потащил его вперед.

Макс крутил головой как сова, стараясь высмотреть место посвободнее или хотя бы Катерину.

Но на всем пространстве огромного мраморного зала станции колыхалось море человеческих голов. Впереди показались уходящие ввысь ленты эскалаторов, и толпа постепенно замедлилась, подстраиваясь под единый шаг. Шарк, шарк, шарк… Под гулкими сводами этот звук казался зловещим.

Внезапно откуда-то сзади донесся глухой ропот, и человеческая масса вокруг Макса резко уплотнилась.