Страж разума

Где-то громко ухнула сова, и, видимо, своим криком спугнула сидящего в засаде, потому что через мгновение Макс услышал легкий шорох вдалеке. Снова стало тихо.

Не убирая меча, он осторожно двинулся вперёд. Земля под ногами влажно пружинила и заглушала звук шагов, глаза постепенно привыкли к темноте и теперь отчётливо различали тропу впереди. Ему нужно торопиться, время было на исходе. Почему оно было на исходе, Макс тоже не знал, но был в этом совершенно уверен, а потому ускорил шаг. Однако, чем глубже он продвигался в лес, тем острее внутри становилось чувство опасности, а каждый следующий шаг давался всё труднее и труднее.

Нечто зловещее таилось в этой темноте, скользило с ним рядом бок о бок, приглядывалось, принюхивалось, выжидало. Макс поудобнее перехватил меч в руке и сделал еще несколько осторожных шагов.

Что-то неуловимо изменилось. Он не сразу понял что, лишь ощутил общую неправильность происходящего и только потом осознал, что в лесу стало неестественно тихо.  Тишина оглушала, давила, порождая внутри животный ужас, норовила вывернуть нутро наизнанку.

Макс рванулся вперёд, но тропа исчезла, будто растворилась в темноте, и клубящийся впереди мрак вдруг дыхнул на него холодом и нестерпимым смрадом. Макс задохнулся, уткнулся носом в рукав, стараясь унять подступившую к горлу тошноту, попытался сквозь ткань вдохнуть… и не смог.

Воздух будто стал осязаемым и густым. Холодной, вонючей жижей он стал затекать в ноздри, струиться в горло, наполнять легкие, вытесняя из них остатки драгоценного кислорода.

Макс выронил меч, схватился руками за горло и рухнул на колени. Из груди рвался крик, хрипел и булькал в гортани, но не мог выплеснуться наружу. Он не сможет. Не успеет. Всё напрасно. Сознание сжалось до крохотной искры, она из последних сил билась, царапалась, цеплялась за жизнь. Нет, не за жизнь – за слова. Он должен их произнести! Еще раз ему этого просто не вынести. Макс поднял голову.

– Х-х-х… Кто-х… тхе-бя… х-х-послал…

В раскрытый в судорожной попытке вдохнуть рот тотчас ринулась скользкая смердящая масса, заполняя собой все тело и разрывая внутренности.

Мозг пронзила дикая боль, и липкие, холодные лапы тьмы утянули сознание за собой.

3

Макс открыл глаза, сделал резкий вдох и сел. За монитором ошалело застыл Малой.

– Ну и дела, брат.

– Бога ради, Малой, скажи, что ты всё записал, – хрипло произнёс Макс. Он всё ещё тяжело дышал, лоб покрывала испарина, а руки, когда он потянулся за сигаретой, мелко дрожали.