Мечты сбываются

А Лорена Ламберт – ровесница моей бабушки Аманды. Бабушка Аманда всю жизнь была ее верной поклонницей, а потому к знакомству с ней подготовилась с особой тщательностью и почтением.

Накануне она в сотый раз прочла ее фильмографию и мемуары. Чтобы блеснуть в разговоре своими знаниями и пониманием тонких струн души Лорены Ламберт.

Но Лорена Ламберт за обе щеки поглощала пироги тети Бетси и записывала в блокнот рецепты этих пирогов. И по-дружески призналась, как устала быть божеством и что она давно плюнула на общественное мнение.

Бабушка Аманда тоже не вскакивала ежесекундно на весы. Но она на них и в молодости не вскакивала, ведь она не была актрисой, а была обыкновенным человеком, а поэтому она была малость потрясена такими откровениями.

Потом мы играли с ними в пинг-понг. Кэролайн Мембир и Хилари Кейл бегали босиком по зеленой траве – казалось, нимфы спустились на землю – и грубо ругались, когда шарик попадал мимо поля соперника.

Моя тетя Бетси когда-то училась вместе с ними. А потому она тоже неплохо повеселилась, вспоминая ушедшую молодость и свои веселые бесшабашные приключения.

Лорена Ламберт тоже разулась и призналась нам, что все эти радости ей доступны только в кругу близких людей.

Бабушка Аманда была польщена, что она теперь тоже близкий человек Лорене Ламберт. Но потрясение от босой Лорены Ламберт, проворно скачущей по лужайке, еще долго заставляло ее вздрагивать и пытаться отогнать от себя это навязчивое видение.

– Я думала, что встречусь с божествами, – говорила потом нам бабушка Аманда несколько вечеров подряд.

– Я же тебе говорила, что без камер все актрисы – нормальные люди, – отвечала ей тетя Бетси.

– Не берите в голову, – улыбался дядя Санди, – я просто хотел, чтобы с ними познакомилась Доминик.

– Для меня они как были божествами, так и остались, – говорила я, – и кто вам говорил, что божества не едят пироги и не бегают босиком по зеленым лужайкам?

– Конечно, и едят, и бегают, – соглашалась бабушка Аманда, – но тайно.

А потом я выросла. И Санди первый это заметил.

Он купил мне вечернее платье, подставил локоть и повел есть устриц и мороженое в фешенебельный ресторан. А потом свозил меня на бутафорский весенний бал, который устраивала его киностудия.

Там со мной знакомились молодые сценаристы и немолодые помощники продюсеров.