Гражданин чужих миров

И вообще, на что надеюсь? На топор во лбу?

Мужик даже не остановился, тараном наступая на эльфа, но вдруг неуклюже свалился, поверженный мастерской подсечкой Коновалова. Борис оседлал противника, отобрал у того топор и только потом зло спросил:

– Доволен, Тимурка? Доверился, сука, чуть не порешили нас тут!

– Убежища!!! – закричала Элальли, кинулась к поверженному мужичку. – Убежища!!! Борис, умоляю, отпустите стражника! Гномы иногда так пугают, никого убивать он не собирался!

– Зашибись! – Борис немного подумал, но все же слез с поверженного гнома, хотя топор не отдал.

 – Охрененное приветствие, вашу мать!

Элальли кинулась к гному, помогла ему подняться, не переставая суетливо извиняться. Гном обиженно молчал, слушал, разглядывал нас внимательно, хмуря пышные брови и поводя колючими усами. Потом подошел к Коновалову, протянул руку, требуя свой топор. Борис немного помялся, но под строгим взглядом Элальли оружие вернул.

– Добро, – сказал басовито оживший сказочный персонаж.

 – За мной.

Элальли с облечением выдохнула, махнула нам, чтобы не отставали. Я пожал плечами на вопросительный взгляд Коновалова – а что еще остается? Мой друг по несчастью красноречиво выпучил глаза, но все же пошел следом.

Гном. Обычный низкорослый дядька, одетый в короткие сапоги, серые шаровары, широкую черную рубаху и телогрейку. Мой сосед, дед Митрич, по осени ходил именно так. И даже телогрейку, почти такую же, из овечьей шерсти, какая была сейчас на гноме, накидывал на плечи, когда холодало.

Вот только топора у Митрича никогда с собой не было.

Там, где только что стояла стена, открылся широкий проход. Мы смело ступили в чертоги гномьих угодий и зашагали по длинному широкому коридору с гладкими стенами и удивительно ровным полом. Шли долго. Гном, на мое удивление, ни разу не обернулся.

И вроде, опасности нет, но чувство напряжения давит.

«Не дрейфь».

Как же у тебя все просто! Я просто шел, держа Элальли за руку. Мне было страшно.

Очень. Но моя малышка, по-видимому, думала, что это я ее так успокаиваю – вцепился в ладонь и держу – улыбнулась мне:

– Здесь мы найдем убежище, Тим. Здесь нам помогут. Не беспокойтесь за меня. Я справлюсь.

Я улыбнулся в ответ, проглотил ком в горле. Хорошо тебе говорить! А я вот ни в чем не уверен! Все идут, и я иду. На всякий случай, чтобы Элальли не почувствовала дрожь испуга в моих руках, отпустил ее руку и сунул ладони в карманы джинсов.