Судьбы причудливый каприз

– Ты ошибаешься, Элена, – тихо проговорила Нефел, даже склонилась к её уху.

– Неужели? Не могу же я вернуться к тёте! Конечно, у меня есть ты, но чем ты можешь мне помочь? – она нежно посмотрела на кормилицу.

– У вас есть деньги, – ещё тише сказала та.

– Откуда? – удивилась Элена.

– Ваши родители были люди не бедные. Когда они погибли, тётя продала всё их имущество. Часть денег пожертвовала Храму, а часть хранится у одного поверенного, который живёт здесь в Александрии.

– Почему же ты молчала?

– А что бы вы сделали? Пожертвовали Храму?

– Да, действительно.

Как же узнать, где находятся деньги?

– Есть два письма, они всегда со мной. Одно для вас, другое для поверенного.

– Так дай же мне их!

– Не здесь и не сейчас, наберитесь терпения. Подумайте обо всём, что было сегодня сказано, примите решение. Потом, где-нибудь вне стен Храма я передам вам письма.

– Ты думаешь всё так серьёзно?

– Возможно, даже хуже, чем вы можете себе представить.

– Ты права, тогда нам лучше вернутся, чтобы не вызывать не нужных подозрений.

Элена постаралась придать своему лицу обычное холодно-безразличное выражение, и они пошли обратно в Храм.

На следующий день состоялась служба. Храм не предназначался для ежедневного посещения, но сегодня служили Исеум, обряд, открытый для прихожан. Как обычно служба началась с утренней литании. После долгой ночи, когда лишь искра божественной сущности Исиды оживляла храм, ее статую будили, умывали, умащивали благовониями, одевали и предлагали ей дары.

Будучи богиней света и пламени, Исида считалась богиней рассвета, и розовое сияние, предшествующее восходу солнца являлось её улыбкой, которой она приветствовала новый день. Статуя Исиды хранилась в святая святых, или усыпальнице. Там стоял позолоченный саркофаг, в который помещали её статую. Перед ним располагалась священная церемониальная ладья, в которой саркофаг выносили наружу в дни открытых религиозных служений. Культовая статуя Исиды стояла в задней части храма, лицом к входу. Под звуки систра зазвучал гимн пробуждения.

Исполняя гимн, все обращались к необъятному источнику божественной энергии, к неосязаемой, всемогущей и вместе с тем личной силе Исиды. Её изображение служило лишь напоминанием о ней. Считалось, что образы начертанные, нарисованные или высеченные в камне – подобны линзам, через которые передается божественная энергия, которая наполняет всех присутствующих.