Легенды Эвера. Возвращение

А ходить будет небесное создание.

– Вообще-то этот вопрос больше всего меня волнует. Поэтому меняться, придётся очень медленно, чтобы не вызвать подозрения. Так что такой, – кивнула Вика на картинку в компьютере, – я смогу стать наверно через год. Ну, может чуть раньше.

– Бедняжка! Целый год ещё мучиться! У меня, аж слёзы на глаза наворачиваются. За, что ж такое испытание?

– Маша прекрати. Твоё паясничество ничего не изменит, – Вика попыталась, угомонить сестру.

– Знаешь, что?! – гневно ответила Маша. – Если ты всё-таки это сделаешь, я буду считать тебя самым большим предателем на свете.

И вместе мы петь не будем! И даже не мечтай ни о каком дуэте сестёр Одинцовых! Понятно?!

Вика молчала.

– Ты слышишь меня?! Если ты это сделаешь, я с тобой не то что петь, я даже разговаривать не буду! – Маша вскочила с кресла, и громко хлопнув дверью, вылетела из комнаты.

Вика грустно вздохнула, глядя на экран монитора. Разговор с сестрой очень её расстроил, а ведь ещё мама ни о чём не знает. Ссориться с ними Вике очень не хотелось, но от своей цели она решила не отступать.

Беседа с матерью состоялась в этот же вечер. Екатерина сразу заметила отсутствие нескольких килограмм на теле дочери, что её очень разволновало. Ведь нельзя же так быстро худеть! Это вредно для здоровья! И Вике ничего другого не оставалось, как подробно рассказать матери о своих планах и о зловредности Листаевой. После чего, она ожидала от неё реакции пострашнее Машиной, но мама, как ни странно одобрила её идею.

Всё-таки Листаеву, она тоже недолюбливала, хоть и не говорила об этом.

На следующий день Вика явилась в школу почти без веснушек и выше ростом сантиметров на пять. Многие заметили, что Одинцова меняется, но какие это перемены, точно сказать не могли. Уж слишком они были неявными.

Лера больше не цепляла её. Так как кроме Макса никто с Листаевой общаться не желал, поддержки у неё не было и вскоре, она совсем притихла. А через некоторое время Вика даже заметила, что Листаева смотрит на неё с плохо скрываемой завистью, например, когда Вика отвечает на уроках и преподаватели, чуть ли не аплодируют ей.

Лера, конечно, была наслышана о том, что Вика хорошо учиться, но наверно не подозревала, что настолько.

Макс продолжал общаться с Викой, но с того дня, как к нему подсела Листаева, он почувствовал явный холод со стороны Одинцовой.

– Вик, у тебя лишней ручки не найдется? – обращался он к ней под разными благовидными предлогами. – А-то я потерял свою.