Гнилые Мхи

В голове продолжало бормотать – сиди, сиди, сиди…

– Чего припёрся-то? Ну?

– Хозяйка… добычу… упустила… – с заминкой просипел нутряной голос. – Велела… тута… посмотреть…

– А тама не велела? – передразнила бабка. – Нету здесь никого. Так и передай. И давай уже, отправляйся. У меня работа стоит.

– Пахнет, – просипел голос. – Чужим… пахнет…

– Что ты всё нюхаешь, нюхач? Небось огурца захотел? Так и признайся. Они как раз дошли – солёненькие, бочковые! Ммм…

– Огурца… – смачно выдохнуло совсем рядом, и Варвара напряглась.

 – Хочу…

– Панкратыч, – звонко крикнула бабка, – Набери-ка миску.

Где-то хлопнула дверца, и сразу запахло пряным да вкусным. Да так маняще, что у Варвары свело во рту.

Бабкин гость выдохнул с присвистом, зачавкал, уплетая угощение.

– Вот и ладненько, – пропела та, – вот и хорошо. Иди теперь до хозяйки, да скажи, что Фиса ничего не знает, никого не видала. Ясно тебе?

Голос просипел что-то в ответ, протопали тяжёлые шаги и стало тихо.

– Затвори засов, кулёма, – бабка стащила с Варвары чугунок и дунула легонечко в лицо.

 – Отомри ужо, девка. Ушёл шлёп-нога. Не почуял тебя, огурчики всё перебили.

– Где я? – слабым голосом вопросила Варвара. – Что здесь вообще происходит?

В ответ бабка протянула огурец, предложила:

– Будешь?

Варвара замотала головой, простонала измученно:

– Где я? Пожалуйста, объясните!

–Эх, девка, – вздохнула Фиса. – Наделала ты дел своим любопытством. Влезла куда не надобно. Даже не знаю, смогу ли теперь помочь.

После бабкиных слов, Варвару накрыла паника.

Похоже, она угодила в секту!

Какие-то сумасшедшие затаились в глубинке и практикуют дикие обычаи.

Обряжают в непонятных существ детей, напяливают на головы гостям чугунки, а сами изображают странные шаги – всё для устрашения несведущих.

Варвара и думать забыла про приворот. Теперь бы убраться отсюда поскорее и без потерь. Но для этого нужно усыпить бдительность бабки.

Пока она продумывала тактику отступления, баба Фиса собрала на стол. Выставила миску с огурцами, тарелку с розовеющим, наструганным тоненькими ломтиками салом.

На блюдечке поместила разрезанный четвертинками лук да чищенные головки чеснока. Придвинула к ним поближе расписанную яркими петухами солонку. Перед гостьей поставила плошку, до краев наполненную борщом. Ярко-красный, наваристый он пах упоительно, но Варваре было не до еды.

– Я лучше пойду. – пробормотала она. – У меня машина в лесу брошена. Да и времени много, возвращаться пора.