Апостолы Революции. Книга вторая. Химеры

Если же она расскажет Вадье правду – а она расскажет правду, ибо настойчивости Великого инквизитора сопротивляться невозможно! – то эта история будет дорого стоить Сен-Жюсту, а возможно, и всему Комитету спасения. Впрочем, не этого ли добивался Барер? Не к этому ли стремился, предоставляя Верлену свободу действий? Тогда почему он не чувствует удовлетворения? Почему не предлагает Вадье поддержку? Уж не потому ли, что уже выбрал свой лагерь? И это не лагерь шефа полиции. Составить триумвират с Робеспьером и Сен-Жюстом – что может быть логичнее? Им нужны его дипломатическое мастерство, ораторское искусство, неутомимая работоспособность.

Настал момент вернуться к неоконченному разговору с Сен-Жюстом, который он затеял несколько дней назад на лестнице Тюильри. Пора напомнить ему о необходимости действовать сообща, как добрые друзья и единомышленники, которыми они были совсем недавно, пока у Сен-Жюста не появились подозрения о сомнительных связях коллеги, подозрения совершенно необоснованные, отметил про себя Барер.

Резкий свисток паркового смотрителя вывел его из задумчивости.

– Граждане, расходитесь! Парк закрывается! Закрывается! Все к выходу! Парк закрывается! – кричал смотритель, периодически подкрепляя свои требования громким свистком, и зачем-то махал руками, словно собирал сено в охапку.

Барер неторопливо направился к тому выходу, что вел ко дворцу Тюильри. «К чему тянуть? – мысленно вопрошал он. – Сейчас самое время обсудить дальнейший план действий». Он сам удивился той легкости, с какой был сделан выбор в пользу Сен-Жюста и против Вадье.

Роспуск Комитета общей безопасности не за горами. Вадье проиграл партию. Ему нечего будет предъявить Сен-Жюсту: гонец Барера уже в пути, и Элеонора Плесси не станет добычей Великого инквизитора.

– Поторапливайтесь, граждане! Парк закрывается! Закрывается! – горланил смотритель и вдруг резко свистнул, чем вновь оборвал мысли депутата.

К тому же, если Барер совершенно по-дружески, исключительно из желания оказать услугу коллеге и союзнику, раскроет Сен-Жюсту карты Вадье… Так, небольшой жест, доказывающий его лояльность, мелочь, которая поможет скрепить союз двух умных и дальновидных людей… Барер, мол, случайно узнал от доверенного лица в Комитете безопасности содержание доноса Невера, того самого доноса, который, как известно Сен-Жюсту, в деле покойного графа не фигурирует… Одно слово – и Сен-Жюст будет предупрежден о возможном ударе со стороны шефа полиции, а Барер обретет полное доверие коллеги.