Апостолы Революции. Книга вторая. Химеры

 – Ни больше, ни меньше! И он решил действовать через тебя? Разумно. И почем же нынче член Комитета общественного спасения?

– Миллион ливров. Малсбюри готов был дойти до полутора.

– Черт побери, да они не скупятся! Подумать только, что за сохранение головы Людовика XVI Дантону отказались заплатить тот же самый миллион!

– Но у них ничего не вышло, – напомнила Софи. – Благодаря мне, – не без гордости добавила она. – Правда, теперь Сен-Жюст будет подозревать Барера в предательстве.

– Не будет. Барер же сказал, что дело передано в Комитет безопасности.

– Надеюсь, так оно и есть, – вздохнула Софи.

– Право догадаться, откуда произошла утечка, будет принадлежать Вадье, – нанес Верлен удар.

Софи вздрогнула.

– Думаешь, Вадье поймет, что это бумаги Барера?

– Если Барер не исключает эту возможность… – Верлен не стал завершать фразу, смысл которой и без того был ясен.

– Что же делать, Эжен? Если Барера сочтут английским агентом…

– Какая тебе разница, в конце концов? – небрежно проговорил он.

Софи ничего не сказала. Она полулежала на диване и задумчиво накручивала на палец локон светло-русых волос. Лежен воспользовался долгой паузой, чтобы снова устроиться в кресле напротив камина и наполнить бокал охлажденным белым луарским вином.

– На чьей стороне ты играешь, Эжен? – вдруг спросила Софи, продолжая смотреть в пустоту перед собой.

– Что, прости? – переспросил Верлен, застигнутый врасплох.

– Уж точно не на стороне Барера, – продолжала Софи, словно размышляя вслух.

– С какой стати мне играть на чьей-либо стороне?

– Верно, – усмехнулась она, – ты никогда не принадлежал к числу людей, способных рисковать жизнью ради других.

– Просто я никогда не встречал людей, стоивших того, чтобы ради них рисковать жизнью. Я охотно сделал бы это для тебя, но полагаю, ты нуждаешься во мне живом и невредимом.

Софи презрительно фыркнула и, помолчав еще немного, заметила:

– А вот Барер рисковал жизнью ради меня.

– Тоже мне риск! Войти в опечатанную квартиру и уничтожить десяток писем для члена Комитета спасения не составляет труда.

Она вздохнула и ничего не ответила. Верлен не счел нужным продолжать разговор. Молчание продолжалось так долго, что он решил, что Софи задремала на диване, как вдруг она снова заговорила:

– Почему ты намеренно стравливаешь Барера с Сен-Жюстом?

Он не сразу нашелся, что ответить.