Апостолы Революции. Книга вторая. Химеры

 – Ведь звали его Луи Антуан Сен-Жюст! Правда, тогда он очень настаивал на маленьком де перед своей фамилией. Это самое де вместе с его миловидной физиономией с ума сводило актрисулек, что вечно крутятся в Пале-Рояле в поисках богатого ухажера или просто бесплатного развлечения. Они так и вились вокруг… вокруг него… – рассказчик вдруг сник, будто забыл, о чем говорил, и вопросительно посмотрел на Лузиньяка, явно ожидая от него подсказки.

– Ну, вились актрисульки вокруг Сен-Жюста. Дальше что? – хохотнул кто-то из слушателей.

– Ах да… – спохватился пьяный и даже как будто просветлел. – Он тоже, надо признать, не сильно тяготился их вниманием… Они даже денег от него не ждали, довольствова… довольствовались, – с невероятным усилием выговорил он сложное слово отказывавшимся подчиняться ему языком, – его благосклонностью. И была среди них одна, которая…

Тут виконт замолчал, окончательно утомившись речами и выпитым вином. Его голова тяжело опустилась на сукно игрального стола и осталась лежать неподвижно.

– Вот и кончились занимательные истории, – усмехнулся кто-то за спиной Лузиньяка.

Толпа у карточного стола начала постепенно рассеиваться, и вскоре за ним остались лишь пятеро игроков, вынужденных прервать игру из-за выходки бывшего виконта, Лузиньяк и спящий рассказчик.

– Продолжим, граждане, – предложил крупье, беря в руки колоду.

Лузиньяк поднялся и, подозвав официанта, протянул ему пару ливров, велев позаботиться о том, чтобы пьяный виконт был доставлен в экипаж, ожидавший на углу улицы Закона.

Двое крепких служителей игорного дома тут же подхватили под руки обмякшее тело и потащили к выходу. Лузиньяк с невозмутимым видом шагал за ними, крутя между пальцами кожаный шнурок мешочка, в котором покоился его сегодняшний выигрыш.

– Поезжай к набережной, – скомандовал он кучеру. – Да не торопись, а то беднягу совсем укачает.

Экипаж остановился у низкого правого берега Сены, чуть в стороне от павильона Равенства, примыкавшего к Малой галерее, окна которой ярко горели, выделяясь четырьмя прямоугольниками на фоне фасада, погруженного в кромешную тьму.

Члены Комитета общественного спасения продолжали свои ночные бдения.

Прохладный ветерок, идущий от реки, освежил пьяного виконта. Он вдыхал его жадными легкими, стоя на коленях у воды. Лузиньяк прохаживался у него за спиной, сложив руки за спиной и время от времени бросая короткие взгляды на виконта.