Кудеса для Евы

Сколько надобно, столько и отолью.

Маринка слушала и улыбалась. Так хорошо ей было здесь, так спокойно и радостно, словно вернулось детство. Тихо постукивали ходики, трещали поленья да кикуня крутилась у лавки, ссыпала на сковороду орехи из мешка – собиралась прокалить в печи.

Кот поскрёбся за ухом, ругнулся было на Сеньку-оборотня и замер, завидев появившуюся из ларя бутыль. Бабка чуть встряхнула коричневый настой и откупорила пробку.

– Красота какая! – встопорщив в нетерпении усы, дворовый облизнулся.

Оня передала ему небольшой стаканчик, повелела:

– По глоточку пей. Не торопись!

– Да знаю, знаю. – пробормотал кот и разом сглотнул содержимое. – Уф-ф… Хорошо пошло! До самого нутра продрало! – занюхав собственный хвост, он скомандовал. – Давай по второму заходу!

– Хватит с тебя и раза, – отмахнулась бабка. – А то ведь все лапы разъедутся.

– Ну и ладно, – блаженно зажмурился кот. – Волшебная напитка! Только послевкусия другая, быдто кислинка появиласи…

– Основа таже – щепа дубовая да спирт.

– Всё эксме… эскми… эспериментами балуетси! – кот подмигнул Маринке и широко зевнул. – В кладовой, говоришь, матрас? Пойду покемарю чутка.

– Иди, батюшка. – улыбнулась Оня. – Я и Марише постелю, пусть отдохнёт с дороги.

Маринка тоже засыпала и безропотно позволила проводить себя до кровати.

– Спи, деточка. – бабка подтолкнула вокруг одеяло и поправила подушку.

Глава 4

Ева проснулась среди ночи внезапно, словно от толчка или взгляда.

Спросонья не сообразила сразу, где находится. Всё было незнакомое. Чужое.

Усевшись на кровати, она таращилась в темноту, пытаясь понять, что произошло.

Сквозь примороженное окно проникал слабый свет – переливался меж узорчатых разводов, вспыхивал искорками и тут же растворялся во мраке. Похожие переливы она видела совсем недавно… Облако золотистой порхающей в воздухе пыльцы…

– Держиси! – проскрипело в голове, и Ева разом очнулась, живо вспомнила все свои злоключения.

И странного кота, и перенос в деревню… И смешную Матрёшу, и смутью на птичьей лапе… И Светку, целующуюся с Максом у библиотеки!

Как они смотрели друг на друга тогда! Как обнимались!..

Мгновенно увлажнились глаза, сдавило грудь – обида от предательства и измены всколыхнулась с новой силой.