Обручённые вечностью, или Отдам жену в хорошие руки

 – Хотите, я дам смертельную клятву, не позволяющую вам навредить?

Дать ей ответ я не была готова. Не сразу. Излишняя осторожность не повредит. Стоит сначала убедиться, что девушка заслуживает доверия.

– Посмотрим, – ответила я неопределённо.

– Вы из светлых фей, лунное величество, благородство в вашей крови. Я буду трудиться и надеяться, что вы заметите моё усердие и повысите до своей личной горничной, – неуверенно произнесла девушка. – Вы устали за день, давайте я вас провожу в купальню.

– Это излишне. Спасибо, я сама справлюсь, – сказала я жёстче, чем хотела.

Немного смягчив тон, добавила: – Я больше тебя не задерживаю.

Опустив расстроенный взгляд, глядя себе под ноги, горничная выскользнула в коридор.

Действуя на автомате, я разделась, сграбастала халат с кровати и отправилась отмокать. Купальню нашла, ориентируясь по тонкому цветочному запаху. Через открытую дверь на глянцевой поверхности стен купальни отражались отблески зажжённых в спальне свечей. На поверхности наполненного водой овального бассейна красиво плавали лепестки роз.

Я будто зашла в дорогущий салон красоты, где мне приготовили аромаванну.

Глава 3

Заложив руки под голову, Анатель смотрел в темнеющую за окном ночь.

Луна ушла полчаса назад, а раздражение всё ещё не покинуло его. Всему виной витающий в комнате её запах. В нём угадывалось буйство экзотических фруктов вперемежку с воздушными и водными стихиями. Он давно заметил: в зависимости от её настроения аромат менялся. Он был то сладким и дерзким, когда она злилась, то становился изысканным и терпким.

Как будто издеваясь над ним, возрождённая супруга вобрала в себя худшие качества предшественниц. Возродилась самая дерзкая, неуправляемая, потрясающе упрямая копия. Она раздражала, злила, выводила его из себя. Порой ему хотелось ей всыпать по мягкому месту. Но чего она действительно не делала – не оставляла его равнодушным. И это тогда, когда Анатель запретил себе сближаться и помогать ей. Более столетия назад он обещал себе: Луна умерла для него в последний раз.

Воспоминания об утрате десятилетиями не оставляли его. Приходя в их общую спальню, он проводил там бессонные ночи, утром покидал её разбитый. Иногда в предрассветные часы Анатель готов был разрушить гхаров лунный колодец, забравший её.

Он не позволит себе повторно увлечься ею – нисколько не сомневался король.

Вдохнув слабый фруктовый аромат, Анатель по старой привычке прикрыл глаза. С закрытыми глазами ему думалось приятнее.