Обручённые вечностью, или Отдам жену в хорошие руки

– Мне не нужны твои извинения!

Племянница короля, собираясь то ли ударить дочь, то ли поближе рассмотреть грязные потёртости на одеянии, шагнула к ней. Слабый ветерок донёс до меня окружающий её тяжёлый аромат пиона. В носу защекотало. Я с трудом удержалась от чиха.

– Узнав о твоём неподобающем поведении, Элисия, его верховное величество расстроится, – продолжила унижать дочь на глазах у фрейлин племянница муженька.

– Простите, матушка, – пряча глаза, сдавленно ответила Элисия.

– Твоих извинений мало.

С меня хватит!

– Вероятнее всего, он ничего не подумает. Скорее всего, внешний вид вашей дочери меньше всего волнует его верховное величество. Молодые леди без участия Элисии найдут себе музу для подражания. У вас нет причин устраивать прилюдную порку дочери.

Глаза племянницы короля опасно сузились.

– И это я слышу от девицы в старомодном убогом одеянии? Сначала стань полноправной супругой моему дяде, обзаведись верными подданными, потом только лезь ко мне с советами.

В том месте, где ткани касалась эта мошкара, на платье оставались выцветшие проплешины. Стараясь отогнать от себя пакость, я энергично замахала руками. С моих пальцев сорвался столб светлых искорок. Причём я специально ничего не делала. Открыв охоту, искорки с шипением поглотили тёмные песчинки. Немного покружив возле меня, они восстановили ткань платья и рассеялись.

– Ты пробудила магию созидания? – с досадой заметила племянница короля.

– Лучше бы я совесть у тебя пробудила, – если первая леди со мною на «ты», то почему я должна ей выкать? – Сдаётся мне, она у тебя отсутствует.

– Вы смеете грубить её высочеству Равель? – удивлённо моргнула девушка с изумительно рыжими волосами.

– Я тебя предупреждала, Васили?ка, возрождённая совершенно никого не уважает, – бухтела леди Йена. – Делает что хочет.

– Расскажите нам, как бы вы себя вели на моём месте? Как бы реагировали на оскорбления? – ради любопытства спросила я.

– Я бы прислушивалась к старшим. Исправно следовала их советам и наставлениям. Принимала с достоинством оскорбления, понимая, что они заслужены, – вывернулась Йена.

Ни у кого из фрейлин её слова не вызвали омерзения. Кроме Элисии. Выражения её лица я не видела. Она упорно стояла с опущенной головой.

– Как здорово, что я не вы, – ответила я с усмешкой.