Школа истинного страха. Восставшее зло

– Урхо!!!

Одной рукой он управлял маленькой тучкой, парившей над нежно-голубыми крокусами, а – другой ножницами, подстригающими зеленый куст. Испещренное морщинами лицо садовника излучало радость, и он немного сварливо прокаркал:

– Я слышал, что вы с сестрой приехали погостить, но не надеялся вас увидеть. Вы теперь взрослые, занятые дамы. У вас светские приемы. Примерки. Чаепития. Куда там до старика с его садом…

– Приемы с чаепитиями, как и светские сплетницы, могут немного подождать, – заверила его.

Перешагнув через ирисы, я подошла к нему и предложила: – Давай помогу?

– Нужно быть полным глупцом, чтобы отказаться от такой помощницы, – довольно прищурился старик.

Вращательным движением руки он толкнул тучку ко мне. Обратившись к магическому зрению, я увидела тонкие мерцающие нити, тянувшиеся от нее к садовнику и, осторожно перехватив их, подтянула пушистую тучку к себе. Легким движением руки послала ее к распустившимся ландышам. Проплывая мимо, тучка зацепила мое плечо серым боком и окатила меня теплой водой.

Рассмеявшись, я беззаботно подтянула тучку к себе и повторила маневр.

– Не балуй, – строго проворчал Урхо, но я все равно заметила радостный блеск в его глазах.

Улыбнувшись, послушно отправила тучку поливать ландыши.

Работы в саду оказалось немерено, а интересных баек у садовника – еще больше, так что, увлекшись, я и не заметила, как наступил вечер. Пора было собираться на бал.

Когда я вернулась к себе, на столе меня ждал запечатанный конверт с посланием от Дастела.

Вскрыв печать, пробежалась глазами по короткой записке. Он получил приглашение и обещал быть сегодня на балу.

Зажав в руке записку, в предвкушении бала я закружилась по комнате. За этим занятием и застала меня обескураженная горничная. Тепло, улыбнувшись ей, я села перед зеркалом.

Этим вечером мне хотелось блистать и затмить всех, поэтому я собиралась с особой тщательностью, потратив на это кучу времени.

Прихватив дамскую сумочку, я бросила последний взгляд в зеркало.

Горничная подняла все мои волосы наверх, уложив их в сложную прическу, а сверху закрепила тонкую диадему, усыпанную драгоценными камнями. Платье из полупрозрачного нежно-голубого шифона закрывало одно плечо, оставляя другое открытым, и широкими складками льнуло к груди. Подчеркивая талию струясь, ниспадало на пол.

Приподняв подол платья, я покрутилась перед зеркалом, рассматривая изящные лодочки на высоких каблуках.