Школа истинного страха. Восставшее зло

– Пойду, разбужу Анисию и велю приготовить для тебя спальню, – озабочено произнесла экономка и вышла в холл.

– Стойте! Не надо никого будить, – остановила ее, бросившись следом и сама удивилась властным ноткам, прозвучавшим в моем голосе. Женщина остановилась, с недоумением посмотрела на меня, и я более мягко добавила: – Пусть Анисия отдыхает, я сама могу расстелить постель.

Пусть лучше Анисия спит, чем будет изводить меня вопросами, на которые даже у меня не было ответов.

– Дело твое, – чопорно даже немного натянуто согласилась миссис Элоди и потуже затянула пояс халата.

– Спасибо, – поблагодарила я, надеясь хоть так образом смягчить ее и исправить возникшую неловкость.

На лице экономки отразилось замешательство. Немного поколебавшись, она примирительно проговорила:

– Как пожелаешь, детка.

Поджав губы, женщина двинулась прямо по коридору. Я пошла следом за ней.

Открыв дверь в спальню, я подождала, пока световые пульсары зажгутся под потолком и только после этого вошла и закрыла за собой дверь.

Откинув покрывало, расстегнула молнию на платье, позволив ему упасть к моим ногам. Перешагнув через комок ткани, я подошла к шкафу. Почти все вещи остались в доме родителей, так что особого выбора не было. Взяв сменное белье и длинную футболку, одолженную мне когда-то Дарелом, отправилась умываться.

Прохладная вода сделала свое дело – я почувствовала себя бодрее. Натянув футболку, медленно вдохнула такой родной запах. Его запах!

О чем я только думаю! – одернула себя и потянулась к краям футболки, чтобы снять и выкинуть ее в мусорное ведро.

Однако, вспомнив, что надеть мне нечего, передумала и опустила руки. «Тем более, – напомнила себе, – что для меня Дарел больше ничего не значит». Я решительно вышла из ванной.

Подойдя к окну, я раздвинула шторы и, глядя на темное бархатное небо, на котором сияла луна, приоткрыла створки. Прохладный ветерок сразу ворвался в комнату, взъерошил волосы и мурашками пробежался по спине. Поежившись, я забралась в постель.

Растянувшись на простыне, натянула до самого подбородка одеяло.

Уставшая и измученная, я уснула не сразу, долго ворочаясь с боку на бок. Наблюдая за тенями на потолке, отбрасываемыми пульсарами, я не знала, радоваться мне или печалится неожиданно обретенной работе. Дарел не спустит с меня глаз. В этом я нисколько не сомневалась, и готова был даже смириться. Но то, что теперь придется чаще сталкиваться с ним и терпеть его изменчивый характер, изрядно напрягало.