Тридцать четыре ёжки для Кощея. Книга третья. В погоне за женихом

И тон у него подозрительно любезный.

Можно, конечно, забыть об осторожности, но даже тогда он мне будет напоминать одного ушлого пройдоху. Вылитый Колобок. Вроде заботится о тебе, а сам в клетку к драконам кидает. Хорош благодетель. Чтоб его.

Драгомир протянул руку с явным намерением прикоснуться к моему лицу. Инстинкты завопили о подвохе, и я отступила назад, но Кощей как всегда поступил по-своему. Перехватив мою руку, он рывком притянул меня спиной к себе. Драгомир склонился к моей шее, обнял и прижал к груди.

Против воли я медленно таяла в его руках, совсем не ощущая возмущения. Мне совсем не хотелось вырываться из его объятий. Умышленное напоминание о Цветане, его невесте, не принесло результата. Затаив дыхание, я ждала продолжения. Что за напасть?

Прежде чем я успела что-нибудь предпринять, Драгомир склонился к моему плечу, и от его обжигающего дыхания свободные локоны на шее затрепетали.

– У тебя столько достоинств, цветочек, а совершенно не разбираешься в магии, – попенял он.

Его горячие губы почти касались моей кожи, лишая возможности говорить или протестовать. Всё, что было в моих силах, это слушать и с предвкушением внимать.

– Я ничего особенного не сделал с твоей метёлкой, всего лишь перенёс её в твою спальню. Вы с ней связаны, и ты должна была почувствовать циркулирующую по ней артефактную энергию. Тебе не пришлось бы переживать за неё, будь у тебя более высокий уровень концентрации, – с воодушевлением проникновенно втолковывал мне Кощей, не забывая тесно прижимать меня к себе.

Я, собственно, была не против.

Я наслаждалась каждым его словом, каждым прикосновением, моментом, теплом, согревающим изнутри, прогоняющим холод, образовавшийся с его уходом в памятный вечер. Как же приятно… Ещё б выкинуть из головы Цветану, а то заезженной пластинкой постоянно напоминает о себе. Но о чём это я? Угу, Рыжую выкинешь, из вредности застрянет и будет кошмарами напоминать о себе.

– Драгомир, ты собираешь учить меня контролю или и дальше будешь лапать? – явилось, не запылилось моё просветление.

Откуда ж родимое взялось? Вовремя.

Я кожей почувствовала усмешку, появившуюся на его лице. Губ-то он своих от моего плеча не убрал.

– Начнём с теории или сразу к практике перейдём? – Кощей потёрся щекой о мою шею, и мысли поползли в совершенно уж не том направлении.

Одна мне очень даже приглянулась.

– Давай к практике. Давно мечтала о живом пособии, – восторженно предложила я.