Тридцать четыре ёжки для Кощея. Книга третья. В погоне за женихом

Вы позволите? – пересилив себя, обратилась подруга к князю.

Кощеи обменялись скептическими взглядами, и Велимир кивнул.

– Мы вас не гоним, Савина. У вас есть время подумать над предложением Его Высочества, – дал ей добро княже.

– Спасибо, – подруга с облегчением перевела дыхание.

– Ваша благодарность, сударыня, излишня. У вас неделя, чтобы привыкнуть к Его Высочество и признать своим супругом, – сдвинул брови Драгомир.

Дрожащая рука подруги, вцепилась в мою. Я и сама чуть густым киселём не сползла на землю.

От Драгомира веяло стужей. Его лицо сделалось суровым, а сам он был угрюм. Подруга инстинктивно закивала, толком не понимая, на что соглашается.

– Не бывать этому! – заступилась я за неё. – Светлейший княже, сам разрешил Савине остаться в замке, о свадьбе с королевичем речи не было.

Кощеи не стали со мной спорить. Вместо этого, Велимир обратился к королевичу:

– У вас неделя, чтобы убедить невесту уехать с вами.

Что будет потом, князь не уточнил.

– Да как вы смеете?! – воскликнул Станислав.

– Я посмею гораздо больше, если вы затянете с отъездом и не увезёте с собой свою невесту, – спокойно сообщил Велимир. – Мне хватает в замке и тридцати прекрасных дев. Невеста ваша – забирайте.

– Вы не рассматриваете её в качестве… гм, своей княжны? – подозрительно уточнил Станислав и, недовольно морща лоб, процедил: – Она для вас недостаточно хороша?

Рука Станислава легла на рукоять меча – он собрался вступиться за честь Савины. Назревал рыцарский поединок. Вызов пока не был брошен, но обстановка накалялась.

С хмурой решимостью Станислав ждал от князя ответного жеста.

– Поединку не бывать, – повелительно сообщил Велимир. – Ваша невеста – безусловно, прекрасна, как нежная роза цвета утренней зари и достойна обожания. Но в моём замке целый цветник, и в нём все цветы без исключения прелестны. Я приму вызов при одном условии – в случае моей победы вы останетесь и на отборе невест займёте моё место, а я женюсь на царевне Савине.

Подруга вскинула голову и обеспокоенно посмотрела на жениха. В её встревоженном взгляде читалось: «Неужели ты меня отпустишь?! Неужели откажешься от нас?!». Мне почудилось, что я услышала биение её сердца, кричавшее «Не верю!».

К моему огорчению, Драгомир в беседу мужчин не вмешивался, и лишь слегка приподнятые брови выдавали его интерес.