Игра «Жизнь» по Конуэю

Этот одержимый наукой британец провёл однажды мысленный эксперимент: выдумал сосуд, разделённый переборкой с отверстием, через которое молекулы должны рассортировываться: горячие налево, холодные – направо. Ну, или наоборот. То есть одна половина сосуда нагрелась бы, а другая, соответственно, остыла. Само собой, не без помощи «демона-сортировщика». Но для этого он должен что? Играть с собой в орлянку и жутко нервничать? Иначе как ему нарушить равновесие? Ещё раз подчеркну: эксперимент мысленный. То есть, на практике демонов никаких не существует, даже в термодинамике.

А уж какие процессы происходят с нашей памятью, к этому вряд ли вообще кто-нибудь всерьёз подступался. Однако в том, что периодически рассудочная система даёт сбой, лично у меня сомнений нет. Воспоминания то утрачиваются, то возникают ниоткуда, в новом прочтении. И тогда, цепляясь умом за привычные вещи, с ужасом ловишь себя на мысли, что уже не понимаешь, где кончается реальность и начинается то, что лишь выглядит как реальность?

3

«Саввах фани?» или правила игры

Замуж я вышла четырнадцать лет назад.

Первое время у нас была комната в общежитии. Но вскоре оттуда нас выселили. Снять отдельную квартиру в студенческом городе сложно, не говоря уже о денежном аспекте. Муж – недоучившийся студент, – пахал строителем в шарашкиной конторе, а у меня была более чем скромная зарплата помощника ответсекретаря в газете. В конце концов, дошло до того, что нам пришлось в буквальном смысле скитаться по углам. Допоздна мы бродили по улицам, поглядывая утайкой на залитые электрическим светом окна многоэтажек. Потом он провожал меня до какой-нибудь из моих приятельниц. Сам же нередко отправлялся ночевать на вокзал. О, как нам хотелось тогда родного маячка среди этих окон, чтобы возвращаться вечерами в тихую гавань, к семейному очагу! Всё так и вышло. Но только ходики судьбы отстучали положенное, как я покинула нашу с ним упакованную квартиру. Забрала лишь книги и личные вещи. Окно родного дома оказалось бесплотным миражом. И я боюсь, что упустила в этой погоне за призраком что-то свое, настоящее. Впрочем, если подумать, не я одна, а все мы играем по жизни роли, не очень-то нам самим понятные. Покорно носим прилипшие к лицам маски, похожие больше на шоры для лошадей, чтобы не озирались по сторонам. Переключи однажды ветку стрелочник, мы даже не заметим: катимся до конечной, прежде чем понять, что вовсе не туда приехали, куда хотели.