Цыганочка без выхода

Я села в постели, свесила ноги на пол, последовательно нащупала на полу четыре тапки, выбрала из них две поменьше, с третьей попытки правильно расспределила их – какую на правую ногу, а какую на левую, встала, запнулась о невостребованные тапки мужа, отбросила их в сторону сердитым пинком – боже, столько активных действий и умственной работы в пять утра, это же надо!

– Дети, в школу собирайтесь!

– Я убью тебя! – сказала я с чувством.

– Кого? – сонно уточнил Колян.

То ли тревожился за себя, то ли великодушно хотел предложить помощь – я не стала это выяснять, просто ответила:

– Будильницу.

– Благословляю, – одобрительно пробормотал супруг и заворочался, с головой закутываясь в одеяло.

Это он правильно, сейчас я найду певунью и ка-ак грохну ее об стену – полетят плассмассовые клочки по закоулочкам, как шрапнель!

– Не так быстро. – Внутренний голос зачем-то попытался меня остановить, но был заглушен ожидаемой руладой:

– Петушок пропел давно!

И я пошла на звук, пылая негодованием и, собственно, только им и освещая себе путь.

В кромешной тьме несколько раз ударилась о какие-то выступы, столкнулась со стеной, с трудом нашла дверь, но не придала всему этому значения, ведомая одним страстным желанием: найти и обезвредить.

– Эй, послушай меня! Ну послушай же! – тщетно взывал ко мне внутренний голос.

– Потом послушаю, – пообещала я.

 – Убью будильницу, зарою ее поглубже, и прямо над свежей могилкой мы поговорим, о чем захочешь!

– Дети, в школу собирайтесь!

– Нам туда! – Я сориентировалась в пространстве.

Голос стал ближе, но путь не сделался легче. Я снова во что-то врезалась, удачно подхватила какую-то падающую штуку вроде короткой доски и, расценив это как жест доброй воли со стороны мироздания, любезно одарившего меня оружием, двинулась дальше уже с доской наперевес.

За очередной дверью тоже было темно, но путеводными звездочками горели цифры на корпусе моего врага.

– Не спугни! – Внутренний голос упредил вскипающий у меня в горле боевой клич «Ага! Вот я тебя сейчас!» – И я ринулась в атаку молча.

– Петушок пропел давно! – Певунья взвизгнула колесиками и погасила огни, лишив меня ориентира.

– Под одеяло залезла, – просветил меня внутренний голос, почему-то начиная хихикать.